нашей прогулке. В горле у меня стоял комок, и шли мы медленнее, чем
обычно.
Наконец мы добрались до нашего убежища. Давно уже не бывали мы
здесь, и проход под кустами почти совсем зарос. Мы долго пробирались по
нему, пока не оказались на полянке. Здесь тоже стало не так уютно, как
раньше. Все выглядело другим.
Я долго и грустно смотрела на Мани и страстно желала, чтобы он
заговорил. Он так давно уже ничего не произносил, что иногда мне
казалось, будто я все это просто придумала. Но ведь все было на самом
деле! Я отчаянно просила Мани подтвердить, что он и в самом деле
обладает даром речи.
Выражение его морды изменилось. Мне даже показалось, что я
105
вновь очутилась в том времени, когда он впервые заговорил со мной.
* Кира, умею ли я говорить или не умею, вовсе не так важно. Я
ликовала. Это, без сомнения, голос Мани. А Мани продолжал:
* Гораздо важнее, можешь ли ты меня слышать и понимать. Это как
с книгой, которую ты сейчас пишешь. Некоторые читатели не
поймут тебя и ничего не изменят в своей жизни. А другие начнут
обращаться со своими деньгами разумнее. И их жизнь станет
счастливее и богаче.
Как только Мани замолчал, я вновь засомневалась, не сон ли это, говорил ли он со мной действительно. От всего этого можно сойти с ума.
Но вдруг все изменилось. Я отчетливо поняла, что это не сон.
Доказать я ничего бы не смогла, но это и не нужно было. Одновременно
меня пронзило холодом, потому что я почувствовала, что Мани в
последний раз говорил со мной. Мне стало ужасно грустно. Я нагнулась и
обняла его. Я прижимала Мани к себе изо всех сил. Как будто это могло
заставить его снова заговорить.
Потом я подумала о фразе, которую однажды произнес господин
Гольдштерн: "Не грусти о том, чего у тебя больше нет, а будь благодарна
за то время, когда ты этим обладала".
Для меня это значило: теперь придется обходиться без советов
Мани. Но, с другой стороны, в этом было и хорошее. Если он не может
больше разговаривать, значит, ему больше не угрожает и опасность. Никто
не захочет его исследовать. Все станут принимать мою историю за
девчоночью выдумку. Я тихонько заплакала. Мани повернулся и лизнул
меня в лицо. На этот раз я предоставила ему свободу. Я долго плакала, и
его ласка утешала меня.
Прошло много времени, пока я успокоилась и смогла спокойно
размышлять. С благодарностью думала я о том, чему научилась от Мани.
Все его наставления теперь жили во мне. И я больше не сомневалась, что
однажды стану очень богатой. И даже намного скорее, чем можно
предполагать. Я знала, что при любых деньгах останусь счастливой. И
теперь я смогла рассказать мою историю. Я сумела сделать это так, что
никто не узнает, пригрезился ли мне голос Мани, или он разговаривал со
мной на самом деле. Меня охватило чувство глубокой благодарности. Я
притихла от счастья и еще долго оставалась с Мани в нашем укрытии —
это был последний раз. Тогда я вдруг поняла, как мне закончить мою
книгу. Мы пришли домой, и я написала:
"Я желаю, чтобы множество детей услышало, как эта книга говорит
с ними. Известный пес по кличке Деньги и я были бы этому очень рады".
106
Встать на ноги
Послесловие для взрослых профессора
Юргена Циммера одного из ведущих
детских психологов в немецкоговорящих
странах
Когда стены рушатся, расширяются горизонты
"Пес по кличке Деньги" — давно назревшее открытие. Книга не
поднимает назидательно палец, а дает детям шанс хоть немножко
поучаствовать в абсолютно взрослом занятии — зарабатывании денег. В
течение двухсот лет — с тех пор, как Фридрих Фребель придумал детский
сад, — его последователи, как пишет журнал "Кляйн унд Гросс", боролись
с эксплуатацией детского труда и пытались приучить детей к кротким
играм. Теперь пришла пора дать детям соответствующее их возрасту
представление о работе и шанс принять участие в деятельности взрослых.
"Пес по кличке Деньги" ломает воздвигнутые предрассудками стены
и открывает взгляду новые горизонты: предпринимательская
деятельность, предпринимательство — это не детский труд, а азартная
игра, увлекательная, полная неожиданностей, дающая простор
изобретательству.
Учиться в условиях рынка—значит учиться в обстановке
неуверенности. Каждое — даже незначительное — предпринимательское
решение содержит в себе элемент риска. Если оно ошибочно, то раньше
или позже непременно скажется на экономических результатах. Зато
правильные решения ведут, в конечном счете, к более высоким доходам.
Игры в предпринимательство и зарабатывание денег очень серьезны.
Рынок — это школа, которая не похожа на школу, а предстает то в виде
беговой дорожки с препятствиями или разветвленного лабиринта, где
нужно принимать решения молниеносно, то рабочего места мастерового
или упражнения для укрепления способности размышлять, то конторы по
проведению необычных мероприятий или биржи идей. Школа рынка —
это мечта, являющаяся нам лишь в жизни.
Рынок, как и демократия, — это принцип. А принципами иногда
злоупотребляют. Рынок означает не драку без правил, а прозрачность, конкуренцию, ответственность за людей и природу, честную игру, защиту
от краха.
