— рана в области лобка по средней линии на границе оволосения с раневым каналом в мягких тканях живота;
— рана на задней поверхности шеи справа в нижней трети сразу же кверху от проекции остистого отростка 7-го шейного позвонка; рана на коже поясничной области слева, проникающая в виде раневого канала в мягкие ткани;
— рана на тыльной поверхности левого лучезапястного сустава, проникающая в полость сустава с повреждением суставной капсулы и связок сустава;
— рана на тыльной поверхности средней фаланги 1 пальца левой кисти, проникающая в мягкие ткани на глубину до 0,5 см; поверхностное повреждение эпидермиса наладонной поверхности правой кисти у основания 5-го пальца с отворачивающимся лоскутом эпидермиса к пальцам; ссадина на передней поверхности правого коленного сустава.
В этом же заключении экспертом было отмечено, что резаные раны, обнаруженные на трупе, могли образоваться от воздействия ножа, а повреждения в области шеи могли произойти от сдавления шеи полужесткой петлей.
Смерть потерпевшей наступила от воздушной эмболии сердца немногим более суток до момента вскрытия, т. е. 15 августа 1991 года.
В содержимом влагалища, прямой кишки, полости матки и рта из трупа погибшей сперматозоиды не обнаружены.
Анализ выводов первичной судебно-медицинской экспертизы трупа и показаний Ряховского свидетельствует о том, что между ними возникли определенные противоречия об орудии, используемом обвиняемым при совершении такого убийства. Однако при производстве комиссионной судебно-медицинской экспертизы с учетом добытых доказательств было установлено, что колото-резаные раны, обнаруженные на трупе, вполне могли быть причинены только одним ножом и"… разрыв сочленения рожка (правого) с телом (подъязычной кости) со стороны его передней поверхности" мог образоваться при сдавлении шеи пальцами кисти.
При судебно-биологическом исследовании вещественных доказательств — предметов одежды погибшей (трусов, платья, кофты, бюстгальтера и двух носовых платков) следов спермы не обнаружено.
По заключению судебно-биологической экспертизы, когда исследовался нож типа "белка", изъятый у Ряховского, установлено, что примесь крови, обнаруженная на нем, от потерпевшей не исключается.
Из материалов уголовного дела следует, что по подозрению в убийстве потерпевшей следствием задерживался 3 сентября 1991 года инвалид 2-ой группы, который на момент совершения преступления находился в психоневрологическом интернате № 5, расположенном в местности, прилегающей к тому месту, где 14 августа того же года был обнаружен труп.
Как видно из материалов дела, основанием для такого подозрения явилось то, что инвалид 13 августа 1991 года пользовался услугами общественного транспорта, маршрут которого проходит в месте обнаружения трупа.
В связи с тем, что его причастность к убийству женщины не была установлена, спустя три дня он освобожден из-под стражи, а дело в отношении него дальнейшим производством прекращено за отсутствием состава преступления в его действиях.
По месту работы в клинической больнице г. Москвы в должности врача-хирурга погибшая характеризуется исключительно положительно.
Анализ собранных по делу доказательств без каких-либо сомнений свидетельствует о совершении умышленного убийства Ряховским с особой жестокостью.
30 июня 1992 года около 17 часов Ряховский прибыл в лесной массив, находящийся между автобусной остановкой "Сосенки-2" на Калужском шоссе и дер. Летово на территории Ленинского района Московской области, где с целью умышленного убийства без какого-
либо повода, то есть из хулиганских побуждений, напал на одиноко шедшую по лесной тропинке женщину, 71 года, схватил ее руками за шею и стал душить, после чего нанес ей удар ногой по лодыжке левого голеностопного сустава, причинив последней гематому мягких тканей и перелом наружной лодыжки этого сустава.
Когда потерпевшая потеряла сознание, Ряховский, считая, что она скончалась, с места происшествия скрылся, то есть убить женщину ему не удалось по не зависящим от него причинам.
Потерпевшей было причинено телесное повреждение, не опасное для жизни и не причинившее последствий, предусмотренное ст. 108 УК РСФСР, но вызвавшее длительное расстройство здоровья.
Ряховский по существу предъявленного ему обвинения в покушении на умышленное убийство из хулиганских побуждений виновным себя признал частично и заявил, что умысла лишать жизни потерпевшую у него не было, а по какой причине совершил нападение на последнюю, объяснить не может. Ранее ее не знал. Полового акта с потерпевшей не совершал и
Несмотря на то, что Ряховский признает только факт нападения, его виновность подтверждается следующими собранными по делу доказательствами.