Я вспомнил сказ о белом коне,
Что, прорываясь через пламя,
Пришел ко мне, и увез
На облака, будто воду
Взяли за руку и повели,
А не сможет та сама.
Как же – конь великий,
Пламени гонцом ведь был,
Оттого же и огонь
Его, коня, не поглотил.
Только стоит гадать на концу,
Когда придет тот самый конь,
И даст взятку адскому краю.
В пепле можно увидеть себя,
Просто смотри, друг мой, в оба,
Огонь часто зеркалит тебя,
Просто ты мало сидел у костра.
Я – левый, но вы нет
На Западе строят социализм
Под видом либеральности,
Где-то сбоку идет ссора марксизма
И жаждущей диктатуры буржуазии,
Буржуй строит социализм – вам знакомо?
Мне тоже нет, но все же подкова
Этой лошади культурного марксизма в том,
Что капитализм дает им почву,
Которой нет, ну так о чем вы?
Кто поверит культурным марксистам,
Где слово культурный означает отнюдь не поведение,
Если бы те жили в культурном обществе,
Явно приняли бы их за свиней, поставив на съедение,
А те хотят разрушить культуру – я все понимаю,
Но где тот социализм, что строил народ?
Куда делось то настроение, которое
Должно было кормить кого-то, совать ложку в рот?
Сегодня этого всего и нет, ну и ладно,
Но только страшно, что культура уходит назад,
История и правда вершит судьбы,
Но только кто определит ее судьбу – дайте знать.
Осторожно, только не задень – там клевета,
Почему правду путают с абсурдом всегда,
И когда люди поумнеют, уже будет поздно,
Большинство глупое не образумится, его будет больше.
Я за равенство, и возможно, я еще более левый, чем вы,
Но почему ради пакости, или что тогда вами движет всегда,
Вы готовы делать революции под видом захвата стран?
Почему всегда в истории было так -
Каждый левак за народ только сейчас,
А как только в его руки попадает власть,
Вдруг становится правым, и тому большая цена,
Он будет боятся, а страх родит новый ГУЛАГ.
Я же, пускай и далеко не левак,
Считаю народ ценностью большей,
Деньги даны просто так,
Народу слава, слава рабочим,
И я думаю, что никто тому не против.
Осторожно, только не задень – там клевета,
Почему правду путают с абсурдом всегда,
И когда люди поумнеют, уже будет поздно,
Большинство глупое не образумится, его будет больше.
Конечно, и правые не особо-то и правы,
Когда закон – один человек, когда все рабы,
И когда все ищут колонии, чтобы развалить,
Африка, Америка, Австралия,
Чтобы семьи оказались
По разные стороны границ.
И знаете, тут четкого ответа нет -
Все идеологии равно хороши, как и идеалы,
Но только в ход всегда вступает человеческое,
И жестокости нет предела, ничего отеческого.
Конечно, хорошо, когда люди честные,
Но я бы не дал в руки власть бедняку,
Лучше богатому, чтобы отыгрались на нас менее,
Чтобы мы жили чуть хуже, а не в полной нищете.
Осторожно, только не задень – там клевета,
Почему правду путают с абсурдом всегда,
И когда люди поумнеют, уже будет поздно,
Большинство глупое не образумится, его будет больше.
КПРФ, конечно, пытаются стать народной,
И я всем сердцем надеюсь, всей душой хочу,
Чтобы у них это вышло, чтобы были честными,
И чтобы не заиграло у вас жестокости,
Мнимого человеческого…
Осторожно, только не задень – там клевета,
Почему правду путают с абсурдом всегда,
И когда люди поумнеют, уже будет поздно,
Большинство глупое не образумится, его будет больше.
Что нужно народу
И людям, я давно понял, что
Далеко не нужна война или могущество,
Людям нужны низкие налоги и пацифизм,
Чтобы вокруг все у всех было хорошо,
Но миром правят творцы и твари, так что
Творцы сидят в зале, а твари здесь давно
Всех обворовали и огрызки нам дали,
За это хоть спасибо, что в стране нет войны пока что…
Нет больше идеологий,
Все идеологии смешались в одну,
В споре, что лучше для народа,
Мы так и не узнали правду.
А правда была понятна
Даже простому крестьянину,
Рабочему, собаке, и гражданину,
Что нужно поменьше налогов,
Побольше пацифизма,
Назад отправить войну.
Надеюсь, что получится,
КПРФ, ЛДПР, и мы все связаны,
Красно-белой нитью обмотаны и обвязаны,
Измотанные, голодные, что с вами?
Мы так хотели для народа,
А сыты сами,
Народу не нужны могущество или вражда,
За мнимым миром скрывается война.
Мне снизу весь мир открыт, ты поверь,
А у тебя путь перекрыт, закрыта дверь,
И ты ломишься туда, будто злая собака,
Вместо того, чтобы развернуться и пойти обратно.
Ты не бойся, ничего страшного,
Я тоже дал заднюю когда-то,
Если дверь не открыли, ничего такого -
Ты ведь не падаешь вниз, правда?
И если путь твой от друзей до нарколога,
То думаю, переосмыслить тебе себя стоило…
И если путь твой вдруг перекрыли,
То помни, у твоего пути есть две стороны.
Мне снизу весь мир открыт, ты поверь,
А у тебя путь перекрыт, закрыта дверь,
И ты ломишься туда, будто злая собака,
Вместо того, чтобы развернуться и пойти обратно.
Каждый уже принял каждое,
Культурный марксизм стал культурой социальной,
И как же легко, когда статуэтка возведенная,
Изначально была вымыта промытыми.
Странно, конечно странно,
Но еще страннее то, что я представлял
Себя в одной комнате с Эйнштейном и Пушкиным,
И те записывали секреты мира, изданным…
А в принципе, я умолчал, кто его издал,
Возможно, потому что сам этого не знал,
Но теперь я знаю точно, мир – это свобода,
