Елена Руденко
Манон Леско
Антуан Сен-Жюст довольно прохладно относиться к моим произведениям. Я спросила его, чем ему не угодили мои рассказы.
-- Дело в том, Светик, - сказал он важно. - У тебя слишком много действующих лиц, и разбираться с алиби каждого из них очень утомительно. Еще у тебя почему-то убийца всегда самый не подозреваемый!
-- Так было на самом деле, - ответила я. - Я пишу правду! Просто жизнь очень сложная штука, и самый порядочный на вид человек часто оказывается дрянью.
-- А ты припомни какой-нибудь случай, где мало действующих лиц и каждый подозревается одинаково, - предложил Антуан. - Но самое ужасное в твоих рассказах - вульгарный стиль!
-- Увы, со стилем я ничего поделать не могу, - вздохнула я. - А вот историю с небольшим количеством подозреваемых припоминаю. Эта история мне очень напоминает роман Прево "Манон Леско". Конечно, тот случай не точная копия романа, но кое-какие совпадения есть. Особенно характеры действующих лиц!
-- Макс тоже расследовал этот инцидент? - спросил Антуан.
-- Да, - кивнула я. - И очень успешно. Я попробую описать этот случай.
-- Бедный Максимильен, - покачал головой Сен-Жюст. - Как он терпит твои глупости!
-- Терпит, - ответила я. - Ведь я описываю все точно и четко.
На этом я закончила свои препирательства с Антуаном Сен-Жюстом и принялась писать рассказ, который назвала.
Манон Леско.
Однажды дядюшка Мадлен получил письмо от своего старого друга маркиза Г-М. Письмо пришло за обедом, но ради дружбы барон Таверне приостановил свою трапезу и распечатал конверт.
-- Мадлен, дорогая! - воскликнул он. - Ты помнишь маркиза Г-М и его сына? Я брал тебя с собой погостить к ним, тебе тогда было... кажется, десять лет.
-- Припоминаю, - мрачно ответила племянница.
По ее помрачневшему взору я сразу понял, что воспоминания эти отнюдь не радостные.
-- Он хочет, чтобы его сын женился, - продолжал барон. - И просит тебя приехать к ним погостить... Мадлен, ты меня слушаешь!?
-- Да, - вяло отозвалась красотка. - Его сын хочет жениться... а я тут при чем?
-- Мой друг рассматривает тебя как очень хорошую кандидатку в жены своему сыну, - пояснил барон. - Мадлен, родненькая, ты же меня не слушаешь!
-- Я слушаю, - возразила Мадлен. - Он хочет, чтобы я... о боже! Какой кошмар!
Мадлен наконец осознала весь ужас сказанного дядюшкой. Она резко вскочила со стула, опрокинув тарелку.
-- Я думаю, Мадлен уже сама может выбирать себе женихов, вступился я за нее. - К тому же отдавать свою племянницу сыну какого-то Г-М только из-за того, что вы с ним друзья...
-- А вы помолчите, мсье судья, - перебил меня Таверне. Во-первых, вас наши семейные дела не касаются. Во-вторых, мой друг не "какой-то Г-М", а маркиз Г-М. В-третьих, я не заставляю Мадлен выходить замуж за его сына.
Ренар вздохнула с облегчением.
-- Спасибо, дядюшка, - поблагодарила она.
-- Но тебе следует навестить маркиза, - твердо сказал барон. - Пойми, он очень меня просил, чтобы ты приехала.
-- Ни за что! - гордо ответила Мадлен, тряхнув кудрями. - Я терпеть не могу старого развратника маркиза Г-М, а его сына тем более!
-- Ты же видела их всего один раз, - удивился дядюшка.
-- Мне этого одного раза вполне хватило, - Ренар была непреклонна. - Этот сынок маркиза болван и сноб. Мой знакомый Жорж Дантон про таких говорит...
-- Не надо! - перебил барон, примерно догадываясь, что мог сказать Жорж. - Ты ведь виделась с сыном маркиза очень давно... Он мог измениться...
-- Это вряд ли! - уверенно ответила красотка. - Но раз ты этого хочешь, дядюшка, я съезжу к этому маркизу в гости. Но замуж за его сына не выйду.
-- Вот и умница, - обрадовался барон.
Было решено, что Мадлен едет завтра к маркизу Г-М. Красотка решилась на этот подвиг, чтобы не волновать дядюшку с больным сердцем У меня как раз намечалась деловая поездка в Париж, и я взялся сопровождать красотку, чем очень обрадовал барона. С тех пор, как я заполучил должность судьи, отношение дядюшка Мадлен ко мне в корне изменилось в лучшую сторону.
В пути у нас возникла досадная задержка, отлетело колесо. Так что к маркизу Г-М, мы прибыли только к часу ночи.
Маркиз Г-М жил на окраине Парижа в огромном особняке, который заметно выделялся на фоне остальных своими размерами. Это строение несмотря на пышность выглядело уродливым и мрачным.
-- Ужасное здание! - сказала мне Ренар. - Огромное и страшное! Не люблю такие. Если в одном крыле этого дома кого-то убьют, то в другом об этом ничего не узнают.
-- Это точно, мадам, - согласилась камеристка Дорина, которая всегда сопровождала Мадлен в поездках. - Этот дом действительно жутковат. Особенно ночью.
-- Все, наверное, уже спят! - воздохнула Мадлен. - Хотя, возможно, старикашка опять пошел искать девиц с неустойчивой моралью. Он знает наизусть все злачные места Парижа!
