— Тем более! «Победители» наверняка узнали о судьбе подпольщиков, может, смогут им как-то помочь?.. Но я представляю, как охраняется эта церковь. Туда наверняка впору целую армию отправлять.
— Так и есть, — подтвердила Варя. — Я и в Ровно зашла по пути, посмотрела, что это за церковь. Так просто её не возьмёшь, там серьёзная охрана.
— Может, попробовать хитростью? — предложил я.
— Ефим Николаевич, что вы опять задумали? — насторожился Медынцев.
— Я-то? Да так, мечтаю. Кстати, Варя, рацию ведь наверняка немцы из твоей квартиры изъяли?
— Ну, это не моя квартира была, меня поселили к одной полуслепой бабуле на окраине Луцка под видом её родственницы. А рация хранилась в подполе, там у меня был оборудован тайник.
— Думаешь, нашли?
— Не знаю, я не рискнула проверить. Наверное, это было малодушно…
— Нет, это было разумное решение. Никакая рация не стоит человеческой жизни. Кстати, мой завод в Вегасе выпускает помимо телевизоров и армейские рации. Они, правда, ближнего радиуса действия, но тем не менее… Ладно, это я отвлёкся. Как ты оказалась в Изяславле?
— Идти мне было некуда и не к кому, связи с партизанами не было, и я решила пробираться к линии фронта. Без денег и с документами, по которым меня должны были искать, это превратилось в настоящее испытание. Тем более что передвигаться я могла только ночью, да и то держась ближе к лесу. Два дня почти ничего не ела, разве что пару раз пробиралась на чьи-то огороды. Этой ночью потому и попалась, что искала засаженный хоть чем-то съедобным участок.
— А нашла меня, — улыбнулся я. — Теперь не отпущу тебя от себя ни на шаг!
— Клим… Прости, это я по привычке… Ефим, но мы же не можем бросить товарищей в беде! То была я одна, и то вся душой извелась от своего бессилия, платок кусала, слёз не могла сдержать, вспоминая наших подпольщиков, которые за месяц стали мне как родные. А теперь нас трое, у вас оружие, да вы ещё под видом немцев можете проникнуть куда угодно.
— Ну ты уж из нас готова сделать суперменов, — усмехнулся я и, увидев непонимание в глазах Вари, пояснил: — Это такие люди, которые… В общем, герои, обладающие уникальными способностями, недоступными обычному смертному. Думаешь, я не хочу помочь попавшим в лапы гестапо подпольщикам? Но такие вещи продумываются, готовятся не один день, да и то не всегда это заканчивается успехом.
— Вот и я о чём, — вставил свои пять копеек Медынцев. — А у меня задание, правительственное, между прочим, и за его невыполнение с меня живого три шкуры сдерут.
— Ой, Василий Карпович, бросьте, никуда эти сокровища раджи не денутся! Лежали столетия, и ещё недельку-другую полежат, ничего с ними не случится.
— «Сокровища»? — выгнула брови Варя. — Что ещё за сокровища?
— Вот видите, товарищ майор, из-за вас я проболтался. Варя, лучше забудь. В общем, золото-брильянты могут ещё подождать, а тут на кону реальные человеческие жизни. Вы сможете, товарищ Медынцев, спать спокойно, зная, что даже не предприняли попытки спасти настоящих патриотов от жестокой смерти? Лично я не смогу, хотя уж мне, заокеанскому буржую, казалось бы, на каких-то подпольщиков должно быть плевать с высокой колокольни.
Понятно, что я тут выпендривался и перед Варей в том числе. Лишний раз продемонстрировать свою брутальность перед объектом воздыханий не помешает. Но была в моих словах и своя сермяжная правда, от которой Медынцев не мог увернуться при всём желании. Опять же, в глазах моей возлюбленной он бы резко упал, а я видел, как майор пытается выгибать грудь колесом. Мужик-то ещё не старый, наверняка тестостерон остался в пороховницах.
— Чёрт с вами! — обречённо махнул рукой Медынцев. — Только я совершенно не понимаю, как вы собираетесь освобождать арестованных. Приедете в форме интенданта и потребуете отпустить всех на свободу? Лично мне больше ничего в голову не приходит.
— Почему же интенданта? Найдём кого-то повыше. Тем более эта форма мне не по размеру, как и проклятые сапоги, от которых ноги стёрлись уже до костей.
— Час от часу не легче.
— Теперь вопрос, куда нам деть Варвару… Раскатывать с ней в машине будет выглядеть как минимум странно. Если бы мы её и впрямь везли в Ровно в комендатуру — другой вопрос.
— Я могу ехать под видом пленной, — вдруг заявила Варя. — Можете мне даже связать руки за спиной. А там уже, как до Ровно доберёмся, и решим, что делать дальше.
Мы с Медынцевым переглянулись, после чего несколько минут потратили на обсуждение этого предложения. И в итоге пришли к выводу, что такой вариант кажется не самым плохим. Руки я девушке связывал сам, но делал это нежно, чтобы ей было комфортно. Так и поехали, с ветерком, в обратную сторону, а после Изяславля свернули на северо-запад.
