Мы встретили несколько групп, тянувших нагруженные углем сани, а вскоре подошли к шахте, где шла добыча. В этом месте органические отложения и песок под ними были убраны. В результате расчистки образовалась глубокая яма, состоящая из множества слоев глины и угля. Эти залежи представляли собой пласты опустившегося на дно Атлантического океана древнего, давно исчезнувшего мира. На различных уровнях огромного котлована мы увидели группы рабочих, одни из которых добывали уголь, а другие складывали ценное топливо в корзины и поднимали наверх. Шахта поражала размерами: достаточно сказать, что противоположная ее сторона терялась вдали. Многие поколения подводных жителей изо дня в день вгрызались кирками в океанское дно. Уголь служил надежным источником электричества, силой которого приводилось в движение все оборудование, обеспечивающее жизнедеятельность ковчега спасения. Кстати, интересно заметить, что название древнего города — Атлантида — сохранилось в точности: когда мы впервые упомянули его в присутствии Мэн-да и его соплеменников, сначала все они чрезвычайно удивились нашему знанию, а потом энергично закивали, показывая, что одобряют и осведомленность, и произношение.
Пройдя мимо шахты — точнее говоря, свернув от нее вправо, — мы пришли к ряду высоких базальтовых скал, таких же блестящих и чистых, как в первый день появления из земных недр. В нескольких сотнях футов над нашими головами выделялись на темном фоне воды вершины скал. В то же время основания их скрывались в обширных массивах высоких водорослей, разросшихся на возникшей еще в древние земные времена и впоследствии окаменевшей массе бугристых кораллов. Некоторое время мы неторопливо шагали по краю зарослей, в то время как наши спутники то и дело били по ним посохами, развлекая нас и добывая к своему столу множество причудливых рыб и ракообразных. Приятная прогулка продолжалась примерно с милю, когда Мэнд внезапно остановился и посмотрел вокруг, жестами выражая удивление и тревогу. Эти подводные знаки руками давно превратились в особый язык: местные жители сразу поняли, что имел в виду вождь, а вскоре и мы со Сканлэном обнаружили причину недоумения и страха. Профессор Маракот исчез!
Еще недавно он вместе со всеми недолго постоял на краю угольной шахты, а потом дошел до базальтовых скал. Уйти вперед, обогнав остальных, профессор не мог. Следовательно, задержался где-то сзади, возле зарослей. Хотя наши друзья не на шутку забеспокоились, мы со Сканлэном, зная рассеянность и эксцентричный нрав своего мудрого учителя, не сомневались, что волноваться не о чем: наверняка сможем найти профессора возле какого-нибудь удивительного растения. Повернув обратно и едва пройдя сотню ярдов, мы действительно заметили характерную фигуру ученого.
Однако профессор Маракот бежал. Бежал с проворством, вовсе ему не свойственным. Впрочем, известно, что даже далекий от спорта человек способен установить рекорд, когда им движет страх. Протягивая руки, словно моля о помощи, то и дело спотыкаясь и оступаясь, преодолевая сопротивление воды, профессор из последних сил стремился спастись от неведомой нам опасности. Вскоре выяснилось, что бежал он не зря: за испуганным исследователем гнались три ужасные твари — три огромных, величиной с собаку породы ньюфаундленд тигровых краба с характерными черными и белыми полосами на панцирях. К счастью, преследователи и сами не отличались скоростью передвижения, а по мягкому океанскому дну неуклюже ковыляли боком ничуть не быстрее своей объятой ужасом жертвы.
Однако хищные существа намного лучше справлялись с привычными условиями обитания, а потому, если бы не вмешались наши друзья, через несколько минут вонзили бы в добычу огромные клешни. Доблестные защитники бросились на чудовищ с заостренными посохами, а Мэнд включил мощный электрический фонарь, который всегда носил на поясе, и направил луч яркого света в страшные морды. Крабы тут же нырнули в заросли и пропали из виду. Тяжело дыша, профессор Маракот в изнеможении опустился на выступ кораллового рифа. Опасное приключение лишило его сил. Придя в себя, ученый рассказал, что проник в заросли в надежде добыть редкий вид рыбы химеры (также известной как «морской заяц») и случайно угодил прямиком в гнездо хищных тигровых крабов. Испугавшись, он изо всех сил побежал прочь, однако свирепые беспозвоночные тотчас организовали погоню. Продолжить путь профессор смог только после обстоятельного отдыха, да и то с посторонней помощью.
