Лили отнеслась к его страданиям в своем стиле. Она его не жалела, за что он был ей очень благодарен, зато загрузила учебой. Эванс говорила, что таким образом он справится сразу с двумя проблемами: подготовится к экзаменам и отвлечется от тяжелых мыслей. Сириус даже пришел с ней в библиотеку в несусветную рань — всё равно не спал, — и сделал попытку заняться трансфигурацией. Ничего, конечно, не вышло.
Но он, наконец-то, смог выговориться. Эванс, к удивлению Сириуса, оказалась очень хорошим слушателем. Мародерам жаловаться он не очень любил, да и выглядеть перед ними слабаком совсем не хотелось. А вот перед Лили ему вдруг неожиданно захотелось душу излить. А может, он просто устал всё носить в себе. И рассказал ей обо всем. О том, чего боится больше всего. И о том, что он не переживет, если вдруг с Софией что-то случится. Себе он этого не простит.
Лили не смотрела на него с жалостью, не давала непрошенных советов, и не говорила, как все остальные, что всё будет хорошо. Но она сказала, что всегда будет рядом, и всегда поможет, стоит ему только позвать.
Возможно, Сириус был не прав, а дружба между парнем и девушкой вполне может быть. Он бы с Эванс точно смог дружить.
Но больше всех, разумеется, старался Джеймс. Он не отходил от Сириуса ни на шаг. И оставлял его только в тех случаях, когда Сириус уходил на свое тайное место под старой ивой. А в остальное время всегда был рядом и пытался его чем-то занять.
Джеймс придумывал бесконечные варианты, как им вернуть Карту Мародеров, которая хранилась у Филча. Они уже даже делали две попытки проникнуть в его логово, но обе попытки провалились. Один раз их даже поймали и назначили очередную порцию отработок. После чего Джеймс, наверняка из-за влияния Эванс, временно приостановил попытки вернуть Карту.
Еще Джеймс постоянно звал его принять участие в его тренировках. Сириус был солидарен, что физические нагрузки неплохо отвлекают от тяжелых мыслей, и согласился. Играл он на позиции охотника. Джеймс их разделил на две команды: Сириус с Джессикой против Марлин и Лоры. Сириус должен был признать, играть на пару с любимицей Джеймса ему пришлось по душе. Временами он даже смеялся над ее шутками. Только вот после тренировок он чувствовал непомерную вину — что если Бланк там страдает, а он развлекается?
Поэтому и с тренировками он быстро завязал.
А еще Джеймс без конца его заверял, что если вдруг Сириус надумает отправляться на поиски Бланк или ее спасение, он обязательно пойдет с ним. Пожалуй, это единственное, что внушало спокойствие: с Джеймсом не страшно было и на край света отправиться.
Только Сириус не знал, куда отправляться.
С каждым днем, навязчивая идея — отправится на ее поиски, всё обострялась.
Несколько раз, посреди бессонной ночи, он выходил из замка и доходил до границы с Хогсмидом. Он уже не мог сидеть на месте и ждать неизвестно чего. Но только он оказывался на территории, с которой можно трансгрессировать, он останавливался. Он даже не знал с чего начать. Логично было бы отправиться в ее дом в Лондоне. Как сказал ее брат, вначале они вернутся туда, а только потом уедут во Францию. Но Сириус не знал точного адреса. Про дом в Лондоне Бланк говорила только то, что он хуже ее дома в Париже.
А отправляться во Францию смысла было еще меньше. Портала у него нет, а создавать его сам он не умеет. А если добираться до Франции обычным магловским способом, он потеряет несколько дней.
К тому же, он не представляет куда идти. Он знает лишь то, что ее родное поместье находится в пригороде Парижа. А там тысячи домов. Да и их дом наверняка защищен, и так просто его не найти.
И каждый раз он возвращался обратно в замок, ощущая, как камень на душе всё тяжелеет.
Отправляться в неизвестность было глупо, Сириус это понимал. Но он уже не мог сидеть на месте. Тоска, отчаяние и страх разъедали душу. Он еще никогда не чувствовал себя настолько беспомощным.
***
Утром воскресного дня Сириус решил подойти к Дамблдору. Этот человек знал всё и обо всех. Пожалуй, он больше других был осведомлен об обстановке в Хогвартсе, в Англии и за ее пределами.
Дождавшись, пока директор позавтракает и покинет Большой зал, Сириус устремился за ним.
— Профессор Дамблдор! — громко позвал Сириус, бегом догоняя директора.
— А, мистер Блэк, — Дамблдор повернулся, остановившись, — чудесное сегодня утро для прогулки возле озера.
Дамблдор махнул рукой в сторону окна, сквозь которое пробивались яркие солнечные лучи. Погода действительно располагала.
— Да-да, — отмахнулся он. — Профессор Дамблдор, есть какие-нибудь новости о мадемуазель де Бланк? Ее нет уже целую неделю. Она должна была мне написать сразу, как вернулась в Лондон. И обещала написать, когда приедет во Францию. Но я так и не получил ни одного письма. Вы не думаете, что ее с братом могли схватить Пожиратели Смерти? Это очень странно, что ее родителей убили…
Директор приподнял ладонь вверх, призывая его к молчанию.
