— Ничего страшного, София, — Дамблдор ей спокойно улыбнулся, достал свою палочку и одним движением привел стену в порядок. — Такое сейчас будет случаться. Вам нужно учиться контролировать свою магию.
А София, от греха подальше, положила палочку на подушку.
— Я бы предложил вам поменять палочку…
— Поменять? — перебила София, глянув на свою палочку.
— Да, поменять. Ваша палочка из кизила. Дерево это чудное и непослушное. И хоть такие палочки способны на серьезное волшебство, но они слишком шумные и привередливые. А в сочетании с пером феникса, которое очень трудно подчинить себе…
— Я не буду менять палочку, — отрезала София, снова перебивая директора.
Дамблдор тяжело вздохнул, разводя руки.
— Дело ваше. Я так понимаю, целители уже сообщили о том, что вам нужен индивидуальный преподаватель? — спросил Дамблдор, а София ему кивнула. — Но, не смотря на это, я готов снова принять вас в стенах Хогвартса и дать вам возможность доучиться…
— Я не вернусь в Хогвартс, — произнесла она, в очередной раз перебив директора.
Дамблдор еще мгновение помолчал, вглядываясь в ее лицо, а потом слегка улыбнулся.
— Что ж, этот вопрос вы вправе решать сами.
— Только не говорите никому, — поспешно добавила София, поднимая на него взгляд. — Сириусу. Я ему сама скажу.
— Разумеется.
На секунду опустив взгляд, София вновь взглянула на директора и задала вопрос, который давно не покидал ее голову:
— Профессор Дамблдор, вам что-нибудь известно о моем брате? О Луи?
— Увы, но нет. Когда вы пропали, я пытался выйти с ним на связь, писал ему письма, но совы всегда возвращались обратно с нераспечатанным конвертом.
Это могло значить либо то, что Луи хорошо скрывается, закрыв свое тайное место даже от сов, либо же он и правда мертв.
— Последний раз его видели в Париже пару недель назад.
— Ясно, — отстраненно произнесла София, глядя перед собой. Как бы она не отказывалась верить, что Луи мертв, она знала, что он бы ее никогда не бросил.
С другой стороны, брат уже однажды жестоко обманул её. Видел, как она убивается, как страдает, и все равно не рассказал правду. Возможно, он и сейчас смог отказаться от нее ради своего благополучия.
— Это всё? — грубо спросила она, посмотрев на директора.
— Вообще-то, нет, София, — Дамблдор поудобнее устроился в кресле и устремил на нее свой ясный взгляд. — Мне бы хотелось знать, что произошло в поместье.
— Меня пытали, — резко ответила она. — Белла резала меня и заставляла видеть всякие ужасы. А еще один парень постоянно брал мою кровь для каких-то зелий.
Она договорить не успела, как почувствовала, что в ее мозгах совсем не аккуратно копаются. Или же она стала такой восприимчивой после общения с Темным Лордом?
— Мерлин, — прошептала она, закрывая глаза и опуская лицо в ладони. Столь резкое вторжение в мысли вызывало чудовищный дискомфорт. — Я же и так всё рассказываю. Обязательно вот так вламываться в мозги? — зло произнесла она, даже не пытаясь скрыть недовольство в голосе.
Её способностей не хватало, чтобы полностью скрывать свое сознание от таких искусных легилиментов как Темный Лорд или Дамблдор, но ей вполне хватало способностей, чтобы понять, что все её сознание переворошили в очередной раз.
Но Дамблдор улыбнулся, как ни в чем не бывало, и произнес:
— Прошу прощения. Не каждый идет на контакт…
— Поэтому надо с пинка в сознание врываться?!
Ей показалось, что в его глазах мелькнуло сожаление, и Софии вдруг стало стыдно за свою вспышку гнева. Она отвела от директора взгляд и спросила:
— Что еще вы хотите знать?
Дамблдор тут же оживился.
Он задавал много вопросов. Особенно о Темном Лорде и о зелье. Но София мало что знала и мало что помнила. Вот если бы он спросил ее о Беллатрисе, София бы ему в красках описала каждую их встречу. Но Дамблдора, кажется, ничуть не волновало то, что ей пришлось пережить.
София понимала, что особо не помогла директору, но он, тем не менее, поблагодарил ее, еще раз сказал, что будет рад видеть ее в Хогвартсе, если она передумает, и ушел.
Как только за Дамблдором закрылась дверь, София ненароком остановилась взглядом на волшебной палочке, которая всё ещё лежала на подушке.
Ей нестерпимо хотелось испытать её.
Долго не думая, он взяла палочку и взмахнула ею.
— Люмос! — громко произнесла София.
Она улыбнулась, замечая на кончике палочки пляшущий огонек. У нее даже пульс участился от осознания, что получилось с первой попытки.
Она чувствовала, как эта радость поднимается в груди, идет по ее руке, прокатываясь по венам, и в следующий момент огонек ярко полыхнул, разбрасывая вокруг себя искры и перебрасываясь на кровать, мгновенно охватывая ее ярким пламенем.
— Агуаменти! — в панике прокричала София, направляя палочку на пылающую кровать.
Мощный поток ледяной воды обрушился сверху, заливая всё пространство, быстро наполняя комнату и в одну секунду потушив кровать.
София стояла мокрая насквозь, тяжело дыша и дрожа с головы до ног, когда в комнату ворвался целитель.
— Мисс де Бланк, — ошарашенно пролепетал он, — вам пока нельзя колдовать.
Он достал палочку и стал приводить комнату в порядок, попутно причитая, поглядывая на нее:
