Маргиналы 2 полностью

Восстание уже перекинулось на поверхность. Озверевшие от голода, рабского труда и постоянных унижений люди, хлынули нескончаемым потоком из ям, сметая все на своем пути. Обезумевшие рабы хватали чекистов-надсмотрщиков, которые первое время пытались отстреливаться, но теперь только в панике спасали свои жизни. Их, с остервенением бросали вниз, в бездонную темноту ям. Там, в глубине уже собирались те, кто никогда не видел света, предвкушая вкус свежего мяса. Обратного пути оттуда не было. Черные дыры туннелей, уходившие куда-то вниз, не имели никаких лифтов и никаких лестниц. Туда можно было только упасть, но выбраться оттуда не было никакой возможности. Это то место, где никто никогда не был и о котором ничего не было известно доподлинно, только слухи. Рабам запрещено было спускаться ниже своего уровня и поэтому они не видели тех, кто живет там, в подземелье, во мраке, впрочем, ведра с землей исправно поднимались снизу, а до остального никому не было никакого дела. Поговаривают что, те кто там обитал, родились внизу и никогда не были на поверхности, питались крысами, которых было в изобилии на глубине, а еще чекисты не хоронили тех, кто умирал на станции, но куда исчезали трупы, никто из рабов не задумывался…

Мастер одним из первых выбрался наверх и побежал в сторону платформы, не обращая внимания на то, что творилось вокруг. Скользя словно тень между палаток, он наконец достиг нужного места. Тусклый свет керосиновой лампы, подрагивая, освещал палатку изнутри. Сутулая тень человека, нервозно металась из угла в угол, человек явно искал что-то важное, жизненно необходимое. Мастер, как кошка, озираясь вокруг, чтобы не привлечь постороннего внимания, осторожно направился к входу в палатку и тихонько отодвинув полог, скользнул внутрь. Охраны по странному стечению обстоятельств не оказалось поблизости.

Директор судорожно что-то искал среди бумаг, разбросанных на столе и ни на что не обращал внимания. Мастер крепче сжал в руке отвертку и негромко кашлянул, привлекая внимание. Директор замер и обернулся, их глаза встретились. Еще недавно отсутствующий взгляд начстанции стал пронзительно твердым, а лицо, в свете лампы, приняло зловещий оттенок, рот скривился в злобной усмешке. «Дальше медлить нельзя» – подумал Мастер, и бросился на врага…

Тяжело дыша Мастер склонился над столом. По его затылку липкой массой сочилась кровь. В висках бешено стучало. На столе были разбросаны различные карты во всем своем многообразии. Тут были и старые схемы метро, которые любовно и кропотливо собирал Директор. Дрожащий свет лампы освещал нанесенные на них технические ходы и помещения. Чертежи каких-то непонятных машин. Списки имен и фамилий, по всей видимости тех, кто числился на станции. Но он не мог понять что это такое, находясь в экстремальной ситуации, когда адреналин просто зашкаливал. Взгляд Мастера привлекла одна из карт. Она сильно отличалась от других и, похоже была начерчена от руки. Это очень напоминало схему города и ближайшего пригорода. Нарисовано все было очень схематично, но разобрать что к чему было вполне возможно. «Похоже на карту караванщиков, но откуда? Они ведь никому не открывают своих таинственных безопасных маршрутов. А, впрочем, неважно…» – подумал Мастер. Наспех собрав в охапку, показавшиеся важными карты, гигант огляделся. Кругом царил хаос. На полу лицом вниз лежало тело Директора, рядом валялась окровавленная отвертка. Быстрым движением Мастер засунул карты под изрядно потрепанную рубаху и, опрокинув на ходу лампу, вышел из палатки. Палатка медленно занималась огнем, а в это время большая фигура человека уже исчезала в темноте туннеля по направлению к «Московской»…

В палатке было тепло и сухо. Начстанции подвинул кресло поближе к буржуйке и, устроившись поудобнее, вытянул ноги поближе к огню. Топили на станции редко, было и так достаточно тепло, но старые кости требовали поддать жару. И в этот раз Никанор не смог отказать себе в удовольствии погреться и понежиться. Лампа еле мерцала, а на столе остывала чашка с отваром.