– Вот, стащил у отца секретный план. Он как-то с друзьями пил и говорил, что раньше был порядок, потому что у Сталина с врагами разговор короткий. Он их в поезде отправлял на объект, а там глубокая яма вместо перрона. Выходят и сразу падают. Так и бродят теперь души непогребенных…
– Брехня! – сказал Костян, некрасивый жилистый пацан с бегающими глазами. Он взял сигарету у Сергея и начал разминать ее. – Все давно сгнило. Но я бы посмотрел, если ты в натуре нашел лаз.
– Будь спок. – Сергей посмотрел на Маргариту: – Зажигалка есть?
– Есть. Только при мне не курите. Провоняю, потом с предками объясняться.
– Ладно, – криво усмехнулся Сергей, бросая сигарету. – Будем только пить. – Он тряхнул рюкзаком, в нем звякнули бутылки.
– Пошли, – сказала Маргарита, – мне до шести надо домой вернуться.
Идти было недалеко – несколько кварталов. По дороге Сергей рассказал, как обнаружил проход.
– Там какой-то институт рядом, лестницы хорошие для катания на роликах. Только в конце – почти сразу дорога, если разгонишься, под машину можно попасть – как два пальца об асфальт. А я как раз хорошо запрыгнул и поехал. Смотрю – прямо под грузовик лечу. Стал сворачивать и полетел со ступенек вниз. Там какие-то кусты на холмике. Стал выбираться и вижу люк. Ржавый такой. Ну как в фильмах про войну показывают бункеры. Я заметил место и никому не сказал. Вдруг там правда скелеты.
– Хорошо, если Сталин там хоронил генералов, – сказал Костян. И добавил как-то мечтательно: – Говорят, они все при медалях, а портсигары золотые…
– Я в ФИДО спрашивал, в "Метро-2" всего две ветки, на дачу Сталина и в бункер в Раменках. Никого там не хоронили, это все на случай войны, – возразил Барабан. Он был самым умным в компании, у него дома стоял компьютер, подключенный с сети, откуда он в основном качал игрушки.
– Мы только глянем и все, – сказала Маргарита, – что там лазать? Такие объекты охраняются, не туда сунешься – можешь легко огрести…
– Да ну, сейчас дерьмократам ни до чего нет дела, кроме зелени, – сказал Сергей, ведя компанию дворами, – так отец говорит, а ему виднее. – Все знали, что отец Сергея работает где-то в "Белом Доме" на набережной. Не депутатом, конечно, а в обслуге. – Ладно, пришли уже.
Место, где они остановились, находилось сбоку от здания небольшого НИИ. Пустырь, густо поросший бурьяном, огороженный с трех сторон сеткой, вплотную примыкал к каменной лестнице парадного входа. Сергей показал место, где он упал – все, кроме Лоха, прыгнули вниз. Тот потоптался на краю и крикнул:
– Вы идите, а я тут на атасе постою. Если что…
– Трус, – ругнулся Костян.
– И черт с ним, – сказал Сергей, – меньше мороки. Вот лаз.
В том месте, на которое он показывал, виднелась небольшая ямка просевшей земли с ржавым люком.
– С чего ты решил, что тут ход в метро? – спросил Барабан. – Оно отсюда далеко. Наверное, просто канализация или теплотрасса.
Костян почистил верх люка и на нем проступил полустертый желто-черный знак.
– Радиация, – определил Барабан. – С чего бы это?
– Парни, ваша затея мне нравится все меньше, – сказала Маргарита. – Может уйдем?
– Да мы только глянем, что там. Интересно же. Если что, сразу назад.
– Наверное, тут все засыпано давно и нет никакого лаза. – Маргарита ударила ногой по крышке и она сдвинулась в сторону. Земля посыпалась вниз.
– Я тут еще прошлый раз поковырялся. – Сергей столкнул люк на землю. – Лаз точно есть. – Он вытащил из рюкзака фонарик и посветил вниз. – Дно видно.
Все заглянули. Бетонная труба примерно метр в диаметре, утыканная ржавыми скобами, уходила вертикально под землю. Снизу потянуло сыростью.
– Метров пять, – определил Сергей. – Я пойду первым. Посветите мне.
Он уверенно ухватился за первую скобу. Костян вытащил фонарь и осветил низ. Оттуда послышался глухой голос Сергея:
– Я на дне. Давайте за мной, только осторожно, скобы шатаются.
Все залезли в трубу, последняя – Маргарита. Когда она долезла до низа, парни уже светили в три фонаря куда-то вглубь.
– Вентиляционный туннель, – сказал Барабан. – Надо глянуть, куда он ведет.
Высота туннеля была достаточно велика, чтобы ребята шли в полный рост.
– Странно, – тихо заметил Барабан, светя фонарем по сторонам, – чистые стены, никаких кабелей или сигнализации. Только фонари на потолке.
– А что шепчешь-то? – громко усмехнулся Сергей, – сконил уже? Никому не нужная дыра, вот и нет ничего.
– Зачем-то же ее рыли, – также тихо сказала Маргарита, – а ты не кричи, нет никого
– Ага, – опять усмехнулся Сергей, – оборотни. По ночам выходят люди, а спускаются волки с жертвами в окровавленных пастях…
– Тут давно никто не ходил, может со дня постройки, – возразил Барабан, – никаких следов, кроме остатков раствора и опалубки. Тупик, вроде.
Действительно, туннель внезапно уперся в стену зеленого цвета. Костян достал маленький ломик и постучал по ней. Раздался металлический гул. Парни направили на стену фонари. Стало видно, что тупик заканчивается двухстворчатой дверью.
– Странная дверь, – сказал Барабан, осматривая. – Нет ручки, как будто ее не предполагали открывать снаружи.
