Прямо впереди раскинулся дворец султана. Огромный, белоснежный, с мозаичными лазурными и золотыми куполами и ажурными решетками. Все это великолепие было скрыто за высокой стеной и очередными здоровущими воротами, покрытыми позолотой.
У ворот нас, собственно, и высадили. А когда мы вышли из паланкина, я увидела, что Белогор оказался прав — нас действительно здесь ждали. По обеим сторонам от ворот стояло десятка два воинов с обнаженными саблями у плеч.
Несмотря на опасения, встретили нас со всем почтением. С поклонами проводили во дворец, поднесли чаши с розовой водой, чтобы умыться с дороги, и, не мешкая, отправили на аудиенцию к Ала Ад-Дину, бывшему вору, ставшему султаном.
— Мир вашему дому! — громко поприветствовал хозяина Белогор и вежливо поклонился.
Я же, забыв обо всем, во все глаза рассматривала легендарного персонажа, которого до этого момента видела только в мультиках Диснея.
Надо сказать, что Аладдин мультяшный и Ала Ад-Дин реальный походили друг на друга как селедка и акула. Передо мной за низким столиком сидел на подушках высокий сухощавый парень, одетый в белоснежный кафтан, украшенный самоцветными камнями. Смуглый, с цепким взглядом карих глаз, он улыбнулся нам столь открыто и широко, что я сразу поняла: надо держать ухо востро.
Никогда не доверяла людям, которые при первой встрече словно норовят тебя проглотить своей белоснежной улыбкой. Белогор тоже, помнится, при первой встрече улыбнулся примерно так же, прежде чем сжечь меня на фиг.
А еще рядом с ним сидела девушка примерно моего возраста. Это была настоящая восточная красавица, с точеной фигуркой и красивым личиком. Лазурные одежды ее были буквально усыпаны сапфирами и бриллиантами, не оставляя сомнений: она и есть та самая царевна Будур.
— Гость в дом, радость в дом! — тем временем ответил Аладдин. Голос у него оказался приятный, низковатый и распевный. — А гости с дальнего севера столь редкие птицы в наших краях, что любопытство мое подобно песчаной буре, что заставляет караваны торговцев трепетать и торопиться. Легок ли был ваш путь? И что привело вас в сияющую Аграбу?
Ответить Белогор не успел.
— Ах, муж мой! Твои слова заставляют мое лицо пылать от стыда! — вмешалась кареглазая красавица. — Для начала следует пригласить гостей выпить с дороги вина да отведать фруктов, что заставляют забыть про усталость и зной. И лишь потом вести беседы.
— Ты как всегда права, о свет моей души и отрада глаз, прекрасная Будур, — не стал спорить Аладдин и вновь посмотрел на нас. — Прошу простить мое любопытство. Оно оказалось столь велико, что заставило позабыть о вежливости.
В то же время царевна хлопнула в ладоши, и на столике сами собой появились вазы с виноградом, апельсинами и… Названий всего остального я просто не знала. Обычным небогатым студентам вроде меня всякие там маракуйи с папайями были недоступны. Но такой вот ненавязчивый показ магического умения оценила.
Еще раз раскланявшись и представившись, мы уселись на подушки и приступили к дегустации всякого. Вино было легким и сладким, виноград холодным и свежим, а улыбчивые хозяева приветливы и радушны. Вот только быстро брошенный Белогором на меня взгляд предупреждал, что расслабляться не следует. Восток — дело тонкое. Здесь тебе будут улыбаться в лицо, а потом все так же приветливо сыпанут яд в вино.
Впрочем, лично мне, бессмертной, бояться было нечего, поэтому я чувствовала себя относительно спокойно.
— …Значит, вашего батюшку похитили и в цепи заковали? — переспросил Аладдин, когда я окончила рассказ.
— Именно так. Заковали и голову отру…
Белогор вовремя кашлянул, и я замолчала.
Да, и впрямь не стоит им знать такие подробности. И о нашем семейном бессмертии тоже пока лучше молчать.
— Отрубить голову грозятся, злыдни, — вместо меня пояснил колдун. — Трон теперь норовят отнять, казну опустошить, а народ простой в кабалу вечную отправить. Коль не выйдет по-ихнему, коль царевна не отдаст им царство на разорение, тут и придет Кощею смерть лютая и страшная.
Будур печально вздохнула, да так глубоко, что и Аладдин, и Белогор на мгновение замолчали, во все глаза пялясь на все заманчивые пертурбации грудной клетки царевны. Ну и подумаешь! Зато у меня ноги длиннее и фигура спортивней!
— И весь этот путь вы проделали для того, чтобы?.. — Аладдин выжидающе посмотрел сначала на меня, потом на Белогора.
— Слава о тебе, как о величайшем воре, искусном настолько, что сами джинны трясутся за свои сокровища, достигла наших мест, — ответил Белогор осторожно. — И пришли мы сюда просить тебя о помощи… профессиональной. Но, как оказалось, сведения наши слегка устарели.
Аладдин весело рассмеялся и хитро глянул на Будур:
— А ты говорила, хватит глупостями маяться! А про меня даже там слышали, куда наши купцы караваны не водят!
Царевна улыбнулась и потупила взгляд, соглашаясь. Ага, так я и поверила!
А Аладдин вновь повернулся к нам:
