Вообще, работу свою я любила. Пожалуй, профессиональная сфера страдала от моего выгорания меньше всего. Нет, конечно, и ей досталось. Не зря ведь говорят, что выгорает там, где горит. Но очевидно тот бикфордов шнур, что отвечал за работу, был у меня самый длинный.
Многие считают профессию бухгалтера скучной, но это совершенно не так! Мир цифр – это нечто невообразимое! Даже чтобы свести воедино пресловутые дебет с кредитом нужны незаурядные навыки дедукции. А уж найти крошечную ошибку в годовом отчете и подавно может только супергерой. В своём маленьком мирке, ограниченном компьютерным столом и офисной перегородкой, я была миссис Марпл и комиссаром Мегре. Я как Бэтмен защищала город от банкротства. И как Зорро фехтовала столбиками в икселе. Я как капитан Кирк устанавливала первый контакт с программой 1С Предприятие. И как Спок желала клиентам благополучия и процветания…
Одним слово, я как обычно увлеклась. Пришла в себя уже в полдень и засобиралась перекусить. Цифры цифрами, а обед по расписанию. Кушать я предпочитала не на импровизированной кухне прямо в офисе. И не в столовой на первом этаже бизнес-центра. Если погода располагала, то я выходила в сквер, кормила голубей и проветривала голову.
Я уже встала с кресла, когда к кофемашине, которую, к слову сказать, я с утра почистила и заправила остатками кофейных зёрен, подошла коллега Светлана. Она поставила кружку, нажала на кнопку и замерла в ожидании вожделенной жидкости. Аппарат, как полагается, зажужжал, но потом его электронные мозги переклинило, он чихнул, фыркнул, щелкнул и замигал красной кнопкой.
– Кофе закончился… – с досадой объявила Света и огляделась по сторонам в поисках жертвы.
За все годы совместной с ней работы я так и не смогла определиться, была она жадной, ленивой или попросту наглой. Но кофе она пила регулярно, в день по пять кружек (нет, что вы, я не считала), а вот её кофейный вклад в общее дело последний раз случился, наверно, ещё при Брежневе.
Узрев меня, шагающую к двери, она разве что руки не потёрла от радости.
– Марья Петровна, вы на обед сейчас? Вам не сложно по дороге зайти и купить кофе?
Обычно я всегда соглашалась, хотя весь мой внутренний мир восставал, строил баррикады и поднимал знамёна с лозунгами «Какого чёрта!» и «Шли её лесом!». Ну в самом деле, что такого-то, мне же не сложно. Но сегодня я была вооружена методом ментального дистанцирования, дай бог здоровья тому, кто его изобрёл. Поэтому я ласково улыбнулась ей и сообщила:
– Марья Петровна не может. Она покупала кофе в прошлую пятницу и две недели назад. Теперь её очередь наступит нескоро.
С чувством, отдаленно напоминающим эйфорию первого свидания с будущим мужем, я вышла из бизнес-центра и направилась в сквер, к любимой лавочке, притаившейся под сенью клёна. Рассыпав перед собой угощение для птиц, я расслабленно откинулась на спинку скамейки и задумалась под бархатное воркование пернатых. Солнечные лучи прошивали резные листья над головой, кружевом ложась на асфальт. В голове было приятно пусто, ни накопившегося раздражения, ни привычной жалости к себе.
Спокойствие нарушила пенсионерка, деликатно присевшая на другой конец лавки.
– Не возражаете?
Я дежурно кивнула. В сквере было полно свободных скамеек, но лишь эта стояла в тени. Впрочем, от деликатности не осталось и следа, как только соседка прочно утвердилась на месте.
– Поналетели, крысы крылатые, сейчас всё тут загадят! – скрипучим голосом завела она шарманку. – Кыш!
Несколько голубей захлопали крыльями, спасаясь от агрессора, но тут же приземлились обратно.
– Санэпиднадзора на них нет. Только заразу разносят… Кыш, кому сказала!
Её комментарии птицы игнорировали, деловито подбирая с земли остатки моих семечек. Тогда блюстительница чистоты городских ландшафтов решила воззвать ко мне.
– Девушка, ну хоть вы их шуганите!
Я вздохнула. Обеденный перерыв подходил к концу.
– Марья Петровна уже не в том возрасте, чтобы гонять голубей. И потом, она вообще любит животных.
– Эмм.. понятно. А кто это? – токсичная старушка забыла о первоначальной причине своего раздражения и с интересом уставилась на меня.
– Марья Петровна-то? Это я.
После обеда мне нужно было подготовить отчет, и я закопалась в документах. Пришла в себя только в четыре часа, когда, как по расписанию, завибрировал телефон. Впрочем, почему «как»? Свекровь упорно звонила мне днём в одно и тоже время, хотя я и пыталась неоднократно ей намекнуть, что на работе задушевные беседы вести не могу. Я с удовольствием поболтаю – например, по дороге домой или даже дома. А днём мне неудобно. Ну вот совсем. Дел много, да и начальница сидит за соседним столом и неодобрительно косится.
– Марья, привет! Как у вас дела? Что новенького? Вовчик не кашляет больше?
– Здравствуйте, Антонина Сергеевна! Все хорошо, спасибо. И кашель прошёл уже, да. Если ничего срочного, то давайте вечером созвонимся? Я на работе сейчас, – предприняла я очередную попытку.
