Пана не ожидал, что она ответит на его чувства. Ему было больно ставить её в неловкое положение. Он стал полагаться на Марьям после смерти Бриэль. Она понимала его, помогала обрести равновесие в самые тяжелые моменты. Пана был бы счастлив, ответь она ему взаимностью, но пока он лишь просил разделить боль от неспособности полюбить потерянную матару.
Он поспешил объясниться, боясь, что она уйдет.
— Я лишь пытаюсь объяснить, насколько неправильной чувствую связь с другой женщиной. Тебе не нужно беспокоиться о том, что я попытаюсь заставить тебя полюбить меня. Сейчас я забочусь о твоем счастье, чего бы оно ни стоило.
Улыбка Марьям вернулась. Она была немного печальной, но Пане стало лучше после поцелуя.
— У тебя такая добрая душа. Я бы непременно сказала Бриэль, как ей повезло с тобой, будь она с нами.
— Не тогда, когда я не смог полюбить её.
— Ты потрясающий, и, конечно, смог бы кое-чему научить моего бывшего мужа. Или даже всему. Перестань заниматься самобичеванием и признай, какой ты невероятный.
Пана крепче обнял ее.
— А что если я просто сделаю все возможное, чтобы насладиться моментами с тобой? Ты права, я дурак, потому что не ценю настоящее.
* * * *
— Земные корабли вне досягаемости радара. Запускаю двигатели, полный вперед.
Келс не мог не оценить профессиональный тон рулевого. Экипаж эсминца состоял из невозмутимых солдат, а управляющие на мостике были вовсе бесстрашными. Управлявший кораблем драмок словно делился прогнозом погоды, отбросив эмоции.
Одак был не менее стойким.
— Главному по оружию следить за поисковыми кораблями.
Келс внимательно следил за показаниями компьютера, ожидая каких-либо признаков преследования со стороны землян. Особенно от огромного линейного крейсера, который подоспел на днях. У поврежденного калкорианского эсминца не было и шанса против космического убийцы.
Он подсознательно выстукивал ритм молитвы, которая звучала в голове. Мать Всего, присмотри за моим кланом, ребёнком и Марьям.
Келс нахмурился. Он уже не в первый раз ловил себя на мольбе всевышним силам сотворения, которым многие калкорианцы приписывали свое существование. Он произносил про себя мантру за признание невиновности Себиста, когда его другу предъявили уголовное обвинение. Он ежесекундно молился о выздоровлении Паны, когда супруг заболел тяжелой смертельной болезнью. Теперь его подсознание читало мольбу за тех, кто значил для него больше всего.
Марьям каким-то образом стала одной из них. Не потому что он обидел ее, и не потому что она носила его ребенка. Он беспокоился за нее ради нее самой.
Почему он удивлялся? Последние пару дней он наблюдал, как у них с Паной складываются легкие дружеские отношения. С Дерганом она вела себя более сдержанно, но благосклонно, и нобэк явно ценил ее в ответ. Дух товарищества между землянкой и кланом Келса рос по часам.
Даже держась в стороне, Келс разглядел в Марьям прекрасного человека. Он не мог и представить себе ту чистую доброту, с которой она стала суррогатной матерью его ребенка.
Как он мог не заботиться о ней?
Голос рулевого вывел Келса из задумчивости.
— Мы оставили ионный шторм позади, выходим в открытый космос.
— Я не вижу сигналы радаров. Никаких признаков того, что земляне обнаружили наш уход. Нобэк Дерган, вы можете подтвердить мои показания? — спросил главный по вооружению.
— Подтверждаю. Никаких признаков погони.
Экипаж был полностью спокоен перед лицом опасности, но теперь все вздохнули с облегчением.
Одак сумел выдавить улыбку перед приказом.
— Рано или поздно они всё поймут и последуют за нами. Необходимо оказаться как можно ближе к подмоге, когда наступит этот момент.
* * * *
Келс и Дерган молча вернулись в грузовой отсек, но пребывали в хорошем настроении. Эсминец наращивал дистанцию между землянами, которые до сих пор не заметили, что калкорианцы ускользнули от них. У членов клана были все причины для оптимизма.
Они вошли в гостиную, которую Пана соорудил для Марьям, и резко остановились. Воздух покинул легкие Келса, когда он уставился на Марьям и Пану, застывших в процессе одевания.
Его прикованный взгляд остановился на восхитительных бледных выпуклостях землянки, очаровательной россыпи веснушек на плечах, груди и руках. Щедро одаренная грудь. Интригующий треугольник рыжих кудрей над ее холмиком. Она была смесью упругости и мягкости, и Келс жаждал прикоснуться к ней.
Огонь вдарил прям меж его ног. Странный прилив слабости угрожал подкосить колени.
Марьям вышла из оцепенения и схватила простыню с матраса, чтобы спрятаться. Но было слишком поздно. Видение ее великолепного обнаженного тела выжглось на сетчатке драмока.
Миллионы мыслей клубились в его голове, каждая требовала немедленного ответа. Марьям занималась сексом с Паной. Смесь их запахов наполнила ноздри Келса, посылая еще один взрыв возбуждения в его чресла. В то же время он боролся с мыслью, что земные женщины не были близки с мужчинами, покуда не состояли в браке. Значит, у Марьям сильные чувства к его имдико? Иначе зачем ей отдаваться плотским утехам? Что это значило, если вообще что-то значило, для остального клана?
