Марьям наклонилась вперед и похлопала по кровати рядом с собой, приглашая нобэка сесть.
— Я вся во внимании.
Дерган поделился своей идеей, и Марьям согласилась с ней. Для её осуществления потребовалось несколько минут планирования и еще меньше времени на реализацию. После того, как это было сделано, троица решила отпраздновать.
Марьям расположилась между двумя мужчинами. Она была удивлена, что не испытывает неудобства.
Кто эта незнакомка? Кем она стала за такой короткий промежуток времени? Неужели она всегда была такой, сама того не осознавая?
Она озвучила некоторые из мыслей своим спутникам.
— Просто, чтобы вы знали, я не могу представить жизнь с тремя мужчинами в браке. Один мне уже доставил достаточно трудностей.
— Судя по твоему рассказу, вы не подходили друг другу. Это очевидно. — Дерган посмотрел на нее сверху вниз, его сильные черты смягчились от улыбки.
— Ваш брак даже не был по расчету, — напомнил ей Пана.
— В чем-то вы правы. Я была помолвлена год до замужества и думала, что знаю его, но он бросил меня, когда мы столкнулись с трудностями. — Марьям сосредоточилась на их объятиях, на их теплом коконе. В отличие от ее бывшего, Дерган и Пана уделяли ей все свое внимание, когда она озвучивала болезненные воспоминания.
Они бы поняли значение клятвы «в горе и радости, в болезни и в здравии». Они уже заботились о ней, хотя были едва знакомы.
Почему эти инопланетяне оказались столь идеальными?
Дерган прервал ход её мыслей.
— Чему ты улыбаешься?
— Я? Наверно, удивляюсь, какой поворот приняло похищение. Я вступила в заговор со своими похитителями. Так не бывает.
— Может, мы не столь ужасны?
Марьям улыбнулась улыбке и вопрошающему тону нобэка. И покачала пальцем.
— Эй, я же говорила, что не женщина на троих.
— Может быть, клан — это нечто большее, что ты еще не видишь. Но тебе же любопытно почувствовать нас двоих одновременно?
Вокруг нее сжались руки, они оказалась еще ближе, зажимая ей между собой. Тело Марьям отозвалось возбуждением. Ей любопытно? Да. Она хотела их? Однозначно.
Почему бы и нет? Её уже приговорили к казни на Земле.
Притворяясь беззаботной, Марьям не торопилась с ответом.
— Хм. А это идея. Она может стоить моего времени, но меня, возможно, придется убедить.
— Оу. Что же, тогда мне придется проверить, справится ли моя сила убеждения с этой задачей.
Дерган поцеловал ее, его губы заскользили по ее губам, его язык подразнивал ее рот, пробуя на вкус. Все тело Марьям словно пронзило током, когда его большая ладонь накрыла ее грудь. Он умело ласкал твердый сосок сквозь одежду.
Другая рука скользнула под ее блузку и лифчик, чтобы коснуться обнаженной плоти. Дыхание Паны согревало ухо Марьям, его язык обводил завитки ее ушной раковины, пока она извивалась под их совершенным вниманием. Ее трусики промокли насквозь.
— Слухи о женской фригидности землян преступно преувеличены, — прошептал Пана. — Ты страстная женщина, более чем способная удовлетворить двух мужчин.
Она намеревалась доказать, что он прав.
Марьям исследовала впечатляющие мышцы Дергана, пока он продолжал вторгаться в ее рот. Пана обладал рельефными мышцами, но у нобэка другой уровень мускулов. Он заставил Марьям почувствовать себя хрупкой, и она вообразила, что он способен разорвать ее пополам одним движением пальца. Эта идея зажгла в ней нетерпение, и она удивилась этому.
Еще один образ, как он прижимает ее к себе, заявляя свои права. Как и Пана. Ее плоть содрогнулась от этой необузданной фантазии. Еще одна волна дрожи прошила ее тело, когда она представила себя во власти обоих. Нетрудно представить, как Пана отодвинет блузку и лифчик в сторону, чтобы Дерган мог дотянуться до ее груди грубой мозолистой рукой.
«Кто я?» — она снова задалась вопросом.
Дерган прервал поцелуй, оставив ощущение покалывания на ее губах. Они казались опухшими и покрытыми синяками, и Марьям застонала от его демонстрации силы. Его пристальный взгляд заставил ее задрожать.
— Что тебе нравится? — прошептал он. — Или мне лучше спросить у моего члена клана?
— Командуй ею, мой нобэк, — сказал Пана. — Может быть, я мог бы подержать ее для тебя?
У Марьям перехватило дыхание, и ее глаза расширились. Ее сердце забилось так яростно, что она испугалась, как бы оно не выскочило из груди.
Медленная, понимающая улыбка расплылась по лицу Дергана.
— Да. Прижми ее к кровати, чтобы я мог свободно исследовать ее тело.
В следующее мгновение блузка и лифчик Марьям были сорваны и отправлены в полет. Пана схватил ее за запястья, потянув вниз, так что она легла перед Дерганом, ее руки оказались над головой. В этой позе она вытянула туловище, приподняв груди, словно собираясь представить их нобэку.
Он принял приглашение, терзая ее руками, губами, языком и зубами. Марьям вскрикнула, когда он укусил ее, но снова потянулась к его ненасытному рту, желая большего.
— Вот так вот. Ты принадлежишь ему, для его наслаждения, — сказал ей Пана, его взгляд сиял энтузиазмом, когда Дерган ее ласкал. — Я прослежу, чтобы ты дала ему все, что он пожелает.
Пана может читать ее мысли? Как он угадал ее желание? Неужели ее так легко прочитать?
