– Нет, не верно! Банк разговаривает. Наш заключенный вышел на связь с клерком «Аркады». Тот в командировке и вернется до конца недели, на связь выйдет в начале следующей недели. Планируем через неделю.
– А когда вы мне об этом собирались сообщить? Мон шер…
– А я не обязан вам докладывать, – отрезал Железнов. – Досье посмотрю. Объект подготовим. Остальное по мере поступления. У вас все ко мне?
– У меня все. – Мария мгновенно отключилась. – Вот же, хамло. Дурак!
– Вот же, Мегера. – Железнов отложил трубку. – Сексуальная тварь. – Он набрал другой номер. – Сонин, что у тебя по нашей девочке? Черт тебя дери! Торопись!
Словно под неслышимый вальс, и в замедленной съемке изящная алая роза опустилась в тонкую вазу, наполненную водой, и украсила собой милый круглый столик. В том же ритме одна вслед за другой зажглись две свечи, стоящие друг напротив друга, была откупорена бутылка вина и элегантно наполнены два бокала.
– Ты изумительна в этом платье, Мария, – восхищенно произнес Виктор.
– Спасибо, ты щедр на комплименты, – улыбнувшись, сказала Мария. Она была облачена в белое вечернее платье с разрезом на спине.
– Твоя внешность настолько уникальна, что просто комплиментами тут не обойтись. Их нужно либо говорить, не переставая, либо сочинить какой-то универсальный комплимент.
– Ты меня балуешь, Виктор, – лукаво заметила Мария, – хотя и начал заметно частить.
– У меня это получается непроизвольно, – попытался оправдаться Виктор. – Непроизвольно при виде тебя.
– Это опасно, – улыбнувшись, сказала Мария.
– Жизнь сама опасна, – бросил Виктор.
– Ты так думаешь? – Мария наклонилась к собеседнику.
– Так думает сама жизнь. – Виктор сделал глоток вина.
– И, тем не менее, ты бросаешься навстречу опасности, приглашая меня в ресторан второй день подряд.
– Ты все еще заполняешь все мои мысли. Не могу с собой ничего поделать, раскрываю этот комплимент. – Прошло не так много времени с нашей первой встречи. Другое дело, что ежедневное посещение ресторанов приведет к тому, что в Питер нам придется идти пешком.
Мария рассмеялась.
– Ты еще не думала?
– Еще нет. Давай через недельку определимся?
– Договорились.
– Так что ты там говорили о мыслях? – Мария решила вернуться к начатой теме разговора.
– Я говорил, что ты постоянно занимаешь мои мысли. И это связано не только с твоей неземной красотой. Тут что-то еще. – Мария склонила голову. Виктор продолжал: – Что-то, в чем я никак не могу разобраться. Не могу, но пытаюсь. И это не просто… как бы это сказать…
– Мы с тобой видимся лишь третий раз, а ты уже пытаешься в чем-то разобраться?
– Это не совсем то, что ты, возможно, подумала?
– А что ты думаешь, я подумала?
– О том, что я начинаю в тебя влюбляться, – сказал Виктор и слегка покраснел.
Мария нежно улыбнулась.
– Как правило, мужчины влюбляются в меня мгновенно, не задумываясь, и что их потревожило: моя фигура, волосы, глаза, грудь, ноги и так далее. Мне мало интересно. Прости, если выглядит грубовато… даже так: мне нет до этого ровным счетом никакого дело. Тот факт, что ты каждый раз пытаешься в чем-то разобраться, делает тебя уникальным. Хотя, я это тебе уже говорила.
– Что есть, то есть, и… вполне возможно это так. Просто наброситься на самку из-за перечисленных тобой качеств, в принципе, может каждый, в зависимости от опыта и навыков. Но, насытившись, наступает жажда, пусть временная, но, жажда.
Мария опустила глаза и вкрадчиво произнесла:
– Жажды не наступает…
– А что же это?
– Пустота…
– Что ты имеешь в виду, Маша?
– Пустоту, тьму, бездну…
– Я тебя не понимаю.
Мария улыбнулась.
– И, слава богу. Ты впервые назвал меня Машей.
– Прости…
– Ну, что ты будешь делать! – Мария рассмеялась
Виктор рассмеялся вослед.
– Я не готов сказать, что влюблен, но интерес именно такого характера у меня к тебе есть. – Виктор замялся.
– Нет, на тебя точно нужно взять патент! Уж и не помню, какой раз, я об этом упоминаю, но такого я такого еще не от кого не слышала.
– Меня что-то беспокоит, – вдруг изменившимся тоном произнес он. – Я прямо сейчас смотрю на тебя, и… меня что-то беспокоит. Я не знаю…
Маша смотрела Виктору в глаза. Между ними горели свечи, сливая их в единое целое, сжигая в своем пламени. Лицо Марии стало таким добрым, что Виктора окутала убаюкивающая пелена.
– Что тебя беспокоит, милый? – нежно спросила она.
Виктор вздрогнул – «милый». Зазвучала медленная музыка.
– Пойдем, потанцуем, – предложила Маша.
Когда Виктор прикоснулся к руке Марии и обнял ее за талию, его пробрала такая дрожь, что у него пошли круги перед глазами.
– Боже, ты такой хороший! – прошептала Маша.
– Маша, ты обворожительна, – дрожащим голосом проговорил Виктор.
– Обещай, милый, что когда почувствуешь, что влюбляешься… дай мне знать.
– Этого я не смогу сдержать в себе. Думаю, я уже…
– Не торопись.
– Еще вина? – предложил официант.
– Думаю, достаточно, – сказала Мария.
– Я и без вина пьян от тебя.
– Обещай всегда провожать меня только до подъезда, – вдруг сказала Маша.
– Хорошо, – удивившись, проговорил Виктор. – Всегда?
