Если я увезу моего отца? Он согласен, но вместе с мамой и на два дня. Ожидая маму, которой я телеграфировала, я провожу несколько часов в вилле Рокка у княгини Эрнстовой. Моя тетя Романова, это героическое существо, остается одна скучать в отеле. Она, конечно, не хочет смешиваться с людьми, которых я часто посещаю. Но посмотрите, какую роль играет эта женщина из-за моего каприза! Я ее обожаю.
Вчера мы уехали из Сан-Ремо, отец, мама и я. Что я думала во время путешествия?.. Но прелестные мечты, заоблачные фантазии заглушили все другие чувства и создали, как обыкновенно, жизнь, не имеющую ничего общего с людскими делами.
Это приятное состояние было прервано остановкой поезда вследствие повреждения пути. Надо было выйти, взять свой багаж и идти несколько минут навстречу поезду, который приехал за нами. Все это происходило при колеблющемся свете факелов, и на темном фоне, при яростном шуме морского прилива было весьма живописно.
Этот случай заставил нас начать разговор с нашими спутниками, из которых один был военный. Они несли наши вещи и поддерживали нас самих во время этого трудного перехода. Офицер был довольно образованный и интеллигентный человек. К его удивлению, я вела серьезный и даже необычайный разговор – о политике.
С утра я была у окна, чтобы ни на минуту не терять из виду Римскую Кампанью.
Зачем не умею я высказать все то прекрасное, что она мне внушает и что так многие уже столько раз и так прекрасно высказали!
Я так занялась узнаванием мест!.. Начало нашего поезда уже было под стеклянной крышей станции, а я все еще искала крышу San Giovani de Laterano.
Мы остановились в том же отеле, в том же помещении. Я взошла на лестницу и оперлась на шар в углу перил, как опиралась на него в другой памятный вечер.
Я взглянула с досадой на выходную дверь и заняла комнату, обитую красным дама – поверите ли? – с мыслью о Пьетро.
Когда же я узнаю наконец, что такое любовь, о которой так много говорят?
Я бы любила А., но я его презираю. Ребенком я любила до экзальтации герцога Г. Я любила его за богатство, знатность, за его эксцентричность и благодаря моему воображению, не знавшему границ.
Вчера вечером у меня был припадок отчаяния, доходивший до стонов и побудивший меня потопить в море столовые часы. Дина побежала за мной, опасаясь какого-нибудь мрачного намерения, но дело касалось одних только часов. Эти часы были бронзовые с изображением Павла без Виргинии, удившего в хорошенькой шляпе. Дина пришла ко мне; часы, кажется, очень забавляют ее; я также много смеялась. Бедные часы! К нам приехала княгиня Суворова.
Наши дамы собирались ехать в Монако, чтобы проиграть приятным образом несколько презренных сотен франков. Я отговорила их, сказав исполненную горечи речь, и мы с мамой отправились с визитом к графине Б., которая так любезна и у которой мы давно не были, как какие-нибудь невежи.
В «Theatre-Francais» Агар из «Comedia-Francais» дает представление. Я видела «Горациев». Слово «Рим» двадцать раз раздалось в моих ушах, прозвучав прекрасно, чудесно.
Вернувшись домой, я читала Тита Ливия. Герои, складки тог… Капитолий… Купол… маскарад, Пинчио!..
О, Рим!
Жорж Сера. Канкан. 1889
Я заснула в Винтимиле и проснулась только в Риме, как физически, так и духовно. Против моего желания, мне пришлось остаться до вечера, так как поезд в Неаполь отходит только в 10 часов. Целый день в Риме!
В девять часов вечера я покидаю Рим, засыпаю – и я в Неаполе. Впрочем, я недостаточно хорошо спала, чтобы не слышать, как какой-то несговорчивый господин жаловался кондуктору на присутствие в вагоне моей собаки. Любезный кондуктор, однако, оставил собаку в покое.
И вот я в Неаполе. Так ли бывает с вами? При приближении к большому и красивому городу я волнуюсь, я чувствую желание овладеть городом.
Больше часа едем мы в гостиницу «Лувр». Суматоха, крики и чудовищный беспорядок.
У здешних женщин огромные головы; точно это женщины, каких показывают в зверинцах вместе со змеями, тиграми и т. п.
В Риме я люблю только то, что сохранилось от древних времен. В Неаполе красиво только то, что ново.
