«Мария Магдалина жена Иисуса»
Сама идея мессии несёт в своём посыле признаки явной неполноценности и неуверенности её носителя как представителя вида.
Что неудивительно, поскольку практически все без исключения пророки нового времени имеют некоторые физиологическо-психические отклонения от чистоты своей расы, то есть, говоря прямо, несут признаки дегенерации той или иной степени.
Нет оснований предполагать, что «духовидцы» других времён имели особое отличие от своих современных аналогов, однако есть уточняющий нюанс – современным предсказателям будущего, как и различным представителям оккультизма, астрологии, теоретической (астро, нейро, квантовой и пр. аналог.)физики гораздо трудней ввести в веру своего сочинения окружающих потенциальных неофитов, чем это было возможно на заре истории по причине тотальной неграмотности, малого населения планеты(человек разумный к человеку фантомному имеет соотношение минимум 1 к 10 000, в зависимости от цивилизации), непрестижности умственного труда и множества иных причин, одной из которых можно назвать параноидальный страх перед темнотой.
Разделяя всех людей без исключения как носителей биофильной или некрофильной ориентации, включая в отдельный список аморфных фантомных носителей пустоты, можно выявить тенденцию к проявлению некрофилии именно в ориентации на монотеистическое мировоззрение, когда теоретическая жертвенность и ориентация на мученичество приносят творческие плоды в виде фанатичной веры в бога, затмевающей здравый рассудок по одной основной причине – он закован в некрофильное ориентирование, которое не позволяет видеть солнечную радугу бытия, но лишь серый, угрюмый фон коллективного принудительного сознательного.
Следует отметить, что некрофилы имеют способность именно серый, угрюмый фон проецировать последователям как нечто действительное и самоценное, и это легко объяснимо обыкновенной человеческой внушаемостью среднестатистической социальной единицы.
Как подтверждение этого тезиса можно привести пример массового обоготворения Адольфа Гитлера и Иосифа Сталина, что было естественным, когда присутствовал конструктивный мажор(в Германии) или резкое изменение структуры социальных отношений(в России).
Некрофилия( во всех случаях подразумевается психическая установка личности)имеет очень большой потенциал для внушения носителю достаточного количества ограничений бытового, социального, когнитивного, психологического и психического порядка, так как основана на чистой квинтэссенции животного страха и ксенофобии, когда каждый шаг регламентируется внутренним некрофильным компасом ориентиром, не позволяющим, собственно, нормально и счастливо жить, потому как живёт как раз именно она за счёт своего носителя.
Что, конечно же, практически ни кем не осознаётся, разве что верхушкой Ватикана, Синода и аналогичных им конфессиональных надстроек социальных айсбергов некрофильных великомучеников.
Биофильное же восприятие картины мира полностью противоположно своему контрагенту антиподу, когда чистота рассудка соответствует духовной чистоте чувственности, что в полном формате свободного воплощения наблюдалось в эллинской культуре, когда и однополая любовь, и вынужденное самоубийство, и отсутствие страха смерти в бою(единственный выживший из трёхсот спартанцев всю оставшуюся жизнь доказывал смертельными боями с персами свою состоятельность)и многое иное естественное человеческое считалось нормальными гранями нормальной человеческой жизни, не подчинённой никакому конкретному богу, что подразумевало божественность самого человека.
Биофильное восприятие жизни допускает всё что угодно, но без фанатизма и с улыбкой уверенного контроля над любой ситуацией, будь то оккультные сеансы различных духовных эзотерических школ или групповой секс на элитной вечеринке.
Биофильный порядок эллинской культуры сменился перманентной некрофилией с подачи иудейских песнопений, вынудивших-таки явиться некоего мессию, и сказка та плывёт по волнам человеческой памяти тысячелетиями, затмив собой подвиги египетских царей и прочие чудеса свободной эры до нулевого года.
Иудейская история времён начала нашей эры смутна своей неясностью и отсутствием любви к жизни, где всё замешано на человеческой крови и страданиях, развивая будущий средневековый тезис «господь терпел и нам велел».
Все мажорные моменты этой постоянно редактируемой истории, включая Марию Магдалину, её свадьбу с Иисусом, клан Меровингов, основанный их детьми и пр., объявлены апокрифами во имя благословенной некрофилии, торжествующе несущей своё естество багровых тонов по планете.
Атеизм русскоязычного ареала загоняется в положение церкви времён Сталина.
Неприятие религиозного начала, как и неприятие атеизма, взаимны, но равноправны.