– Я нашел библиотеку Ивана, – равнодушно, хотя и не без вызывающих и заигрывающих ноток в голосе ответил воевода.
Эти слова произвели на Корвуса еще большее впечатление. Читая список книг, и находя в них те, которые, по преданию, хранились в подземельях Московского Кремля, он все еще сомневался – тот ли документ держит в своих руках.
– О, Боже! – простонал он.
Он, не веря своим ушам, уставился на Мнишека широко раскрытыми глазами.
– Ежи! – почти завыл Корвус. – Это правда она?
– Да, – деловито ответил Мнишек.
– Как?
– Ты же не верил в моего царевича…
Корвус сглотнул слюну.
– Ты отговаривал меня от этой авантюры. В начале похода, когда я сбежал в Речь Посполитую. Помнишь?
Монах кивнул.
– Так вот, мой дорогой и милый друг Корвус, мой ближайший друг и наставник… Ты слишком увлекся своим пренебрежением ко мне и моей семье. Наш царевич выполняет все свои обещания. – Мнишек наслаждался своим триумфом. – Наш царевич оказался не просто честным человеком. И не просто юношей знатного происхождения.
Корвус отшатнулся, не веря своим ушам.
– Да, мой мудрый учитель. Тот, кого ты называл прохвостом и смышленой чернью, признан наследником московского трона. И не потому, что «Москве» больше не из кого выбирать, а потому что его признали и в нем узнали черты покойного царя Ивана старейшие бояре. Царевич специально вызвал их из своих владений в Москву, чтобы доказать дворянам и простому люду свое царское происхождение…
– И что? – сдавленным голосом спросил потрясенный монах.
– Все четырнадцать бояр из самых почитаемых родов, все без исключения хорошо знавшие покойного царя Ивана Васильевича, все… Все! – Мнишек перешел почти на крик. – Все узнали в нашем Лжедмитрии черты покойного! Все признали в нем и черты Марии Нагой! Ты меня понял?!
Два чувства владели в тот момент Мнишеком – радость и гнев. Он был рад своей удаче и страшно зол на своего покровителя из Ордена.
– Ты понял, что я говорю?! – уже кричал воевода. – Он царь! Законный царь!
Мнишек взял себя в руки, перевел дух, и остановил взгляд на Корвусе.
– А еще, Корвус, он – честный царь.
Монах, как во сне, отошел к дивану и облокотился на его ручку.
Внезапно он почувствовал, что устал держать ворона на плече. Мягким движением он согнал птицу и уселся на диван.
– Налей мне, пожалуйста, воды, Ежи, – тихо попросил он.
Мнишек подошел к своему столу и налил воды из хрустального графина, окантованного позолотой, в один из стоявших на подносе кубков.
Он подождал, пока монах опустошит кубок. И когда Корвус, с некоторой обреченностью опустил серебряный кубок к себе на колени, он продолжил.
– Этот пакет, – он показал на лежавший под объемным листом бумаги плоский прямоугольный кожаный футляр, – мне принесли за четверть часа до твоего прихода. Сопроводительное письмо лично своей рукой подписал мой зять, московский царь Дмитрий Иванович. Он лично спускался в подземелье и сверил весь список.
– В нем все книги? – спросил монах.
– Только темная часть библиотеки. Тысяча четыреста книг.
Корвус глубоко вздохнул.
– Как тебе это удалось, Ежи?
– Не настолько я нерасторопен… – зло ответил воевода.
Корвус только слегка приподнял руки и тут же опустил их обратно на колени, давая понять, что полностью признает свою вину.
– Ежи, ты – самая большая моя ошибка, – сказал монах. – Я явно недооценил тебя.
– Не стоит, святой отец, – с сарказмом ответил Мнишек. – Меня ваши оценки сейчас интересуют меньше всего. Давайте-ка займемся делами, исходя из нашего нынешнего положения. А прошлое оставим там, где ему и предназначено быть.
Корвус кивнул.
– Я надеюсь, ты понимаешь, что я не собираюсь довольствоваться ролью владетельного князя нескольких московских волостей. И не собираюсь продолжать отбиваться от татар, в то время, когда столица Орды и пути в Персию, Индию и другие далекие страны оказались в руках моей младшей дочери. – Мнишек размеренными шагами ходил по библиотеке. – В мои планы не входит предательство или нанесение еще какого-либо ущерба Речи Посполитой или королю Сигизмунду. Но я бы не отказался увидеть своего внука, на королевском троне в Варшаве. Более того, я приложу все свои силы, чтобы после объединения Московии и Речи Посполитой в единое католичско-ортодоксальное государство под покровительством Римской Церкви, мои заслуги были особым образом отмечены папским престолом.
Корвус внимательно слушал и только иногда кивал в знак согласия.
– Естественно, также, я не могу оставить без заслуженной благодарности и ваш Орден Святого Бернардина. И приложу максимум усилий для того, чтобы он, наконец-то отодвинул на второй план иезуитов, которые фактически превратили наше королевство в своего вассала. Потому, с моей стороны есть предложение, которое, как я думаю, должно прийтись по душе верховному магистру Ордена.
Мнишек закончил и вопросительно посмотрел на монаха.
– Какого плана твое предложение? – спросил тот.
