Я наконец оторвала взгляд и отползла к изголовью кровати, жадно хватая ртов воздух. Сердце будто не билось, дыхание было слишком громким. Теренс… Или не он… Это нечто смотрело с усмешкой.
— Что ты, твою мать, такое? — Я хватала одеяло и подушки руками, сжимая до беления костяшек.
— Твой ночной кошмар, куколка… — Он встал и направился к выходу, задев стакан с водой. Стекло разлетелось по всему полу, как разлетелась моя психика.
Я долго билась в истерике, пока не уснула. Только вот сон не казался спасением, он затягивал в себя, словно заключив договор со смертью. И тщетен был мой час, и часики пробили полночь… Маленькое сердечко не выдержало…
Я открыла глаза в сером, грязном помещении. Тараканы разбежались по сторонам, когда я попыталась встать. Что происходило, где я находилась, что со мной — ничего из этого я не понимала. Тело ломило, ноги были ватными, но я встала, изучая обстановку. Подвал… Сырой и холодный… Я в подвале совершенно одна, хотя нет… С тараканами… Мерзкими и жирнющими…Чем они тут только питаются….
Я дернулась, когда в замочной скважине стал проворачиваться ключ. Вот он, мой час настал…
— Энни… — До меня донесся знакомый шепот. А после в комнате появился негодяй…Во всяком случае тогда я думала именно так! Я бросилась на Теренса с кулаками, била туда, куда могла достать.
— Ненавижу! Я ненавижу тебя! Почему я? Почему ты привязался именно ко мне! Что я сделала плохого! Я была главным злодеем мира в прошлой жизни? — Я колотила парня, а по щекам градом текли слезы. — Подонок! — Теренс стоял, словно каменная статуя, ни мои удары, ни мои слова, ничего не вызывало у него эмоций.
— Закончила? — Он поймал мой очередной удар и прижал к себе. Он…Он обнял меня… — Прости, я должен был. Я все объясню… Прости!
Теренс не плакал, но голос его дрожал. Я ничего не понимала, не понимаю, и вряд-ли буду понимать… Мне нужны объяснения. Четкие и самые правдивые. Я оттолкнула его и отошла к стене, заглянув в его глаза. Что творилось в этой голове, известно было лишь богу…
— Поехали, нас ищут. По пути заедем поесть. Ну и… — Он оглядел меня с ног до головы. Моя одежда была рваной и грязной.
Мы молча шли до подвальному коридору, как позже оказалось консервного завода… Так вот почему тараканы были такими жирными… Яркий и резкий свет ослепил на пару секунд, глаза защипали. Солнце… В сезон дождей на небе солнце и ни одного облачка. Удивительная картина в тот момент, пока я торчу непонятно где, непонятно с кем, непонятно почему. Теренс поймал мой взгляд и взял меня за руку.
— Я обещаю, это было последнее испытание на нашем пути. Я объясню тебе все, но только, когда придет время. Потерпи. Я не желаю тебе зла.
— Но все прошлые действия были твои! По твоей вине все произошло! Из-за тебя я сейчас торчу здесь, хотя могла нежиться в теплой и уютной кровати под лучами солнца! Что ты, черт возьми, за урод такой! — Меня трясло, но не от холода. Меня переполняли эмоции, которые, как в губку, впитывались на протяжении всего времени.
— Да не будь ты такой эгоисткой! Я! Мне! Меня! Ты видишь лишь свои проблемы! Я мучаюсь не меньше тебя! Пошли! — Он схватил меня за руку и потянул обратно в здание. Мы быстрым темпом преодолели пропускной пункт, коридор и большой цех. Теренс спустился снова в подвал, но в этот раз, крепче сжимая мою ладонь, уходил вглубь. Он дернул ручку двери, пропустил меня вперед и плотно закрыл дверь, оставив нас вдвоем в темной, не освещенной комнате.
— Теренс, что ты делаешь… Мне страшно… — Я сжалась и скрестила руки в замок. Я почувствовала руку Теренса на своей талии. Табун мурашек пробежался по моему телу
— Тише… — Он прошептал над моим ухом и прижал к столу около стены..
Я услышала шорох одежды и то, как она упала на пол.
— Что ты делаешь!?
— Молчи и смотри. — Как только на пол упала последняя часть ткани, комната озарилась золотистым светом, заставив меня до боли сжать глаза.
Спустя время, привыкнув к яркости, я медленно открыла глаза и посмотрела вперед…
— Черт возьми! — Я вскрикнула от увиденного и сильнее вжалась в стол.
Тело Теренса было пронизано золотыми нитями, что звенели колокольчиками и блестели, как огоньки гирлянды на новогодней елке. Кровавые подтеки сигнализировали о боли, доставляющей ими Теренсу… Обнаженное тело парня, так крошечно выглядело на фоне этих многочисленных кованных переплетений… В комнате стояла тишина. Никаких объяснений, просто безмолвный диалог. Диалог душ…
— Я хотел рассказать позже, но твои слова ранят. Не знаю, что большую боль доставляет… — Теренс замолчал, опустив глаза.
— Почему ты такой?
— Какой?
— Цепи… Откуда они…?
— Я — Марионетка. А это — моя ограниченная свобода. Ты никогда не задумывалась, где твои настоящие родители? Что за момент тебе тогда показали в больнице?
— Нет… — Мой голос дрожал, а вместе с ним и я.
