– Я не знаю, что ты там слышал… – начал Куница, но Бен его перебил:
– Малышка! Где малышка? Кстати, её зовут Картинка, она сама мне сказала.
– Картинка? Что-то не похоже на имя. – пробормотал Ли.
Девочка обнаружилась за спинкой дивана. Долго ли она там пряталась, никто не знал. Малышка обладала дивной способностью исчезать в никуда и появляться из неоткуда, причём совершенно незаметно для окружающих.
Бен взял девочку за плечи и пытливо заглянул ей в лицо.
– Картинка! Ты ведь меня помнишь? Поговори со мной, пожалуйста! Давай поговорим!
Девочка испуганно таращилась на него огромными зелёными глазами и молчала.
– Ну Картинка! – в голосе Бена появились нотки отчаяния.
– Хватит! Не мучай ребёнка, – Куница встал за спиной малышки и стряхнул с её плеч руки Бена. – Я же сказал, что она немая.
– Да откуда тебе знать?! – выкрикнул Бен.
Вместо ответа Куница обратился к малышке.
– Солнышко, открой, пожалуйста, рот, – ласково попросил он.
Девочка тут же послушно разинула рот.
– И что ты этим хочешь доказать?! – злобно начал Бен. И заткнулся.
Козетта, конечно, на месте усидеть не могла. Подобравшись ближе к спорщикам и встав на колени, она с интересом заглянула девчонке в рот. Увидела два ряда ровных, мелких, совершенно одинаковых зубов. И всё.
– У неё нет языка, – объяснил Куница.
Бен сглотнул, Ли взвизгнул, Сора передёрнула плечами, а Козетта протёрла кулаками глаза. Вот это жу-у-уть…
– Но как же… – растерянно пролепетал Бен, – ведь она же…
Глаза у девочки были чистые-чистые, и не скажешь, что бессмысленные.
– А разве люди, которым отрезали язык, выглядят вот так? – спросила Козетта нарочито бодро, чтобы скрыть оторопь.
– Нет, – покачал головой Куница. – Похоже, она так и родилась без языка. Редкий случай, но бывает.
– Кошмар какой! – плаксиво протянул Ли.
– То ли ещё будет! – с непонятным выражением лица пообещал Куница.
Когда он отпустил девочку, та сразу выбежала из гостиной. Вскоре наверху раздался топот её маленьких быстрых ног.
– Я ничего не понимаю, – Бен схватился за голову и замер в такой позе.
Но Козетте было не до его страданий. Игра получилась интересной – хоть и не настолько интересной, как она рассчитывала. Надо будет как-нибудь повторить, только заранее постараться, чтобы её имя вновь не досталось Соре. А японка-то, оказывается, не так проста!
Почему я решила, что она многое скрывает? Козетта ведёт себя не так, как свойственно убийцам, но я более чем уверена: ей приходилось убивать. И не только мух и пауков, как она сегодня ответила. У этой девушки весьма необычное прошлое.
Впрочем, я понимаю, что все здесь не без греха. И попали сюда мы вовсе не случайно. Не знаю, обратил ли на это внимание кто-то, кроме меня, но мне не нравится, как нас тут раскармливают. Будто готовят на убой. Это отвратительно и жутко, но я уже разучилась удивляться.
Вернувшись после завтрака в свою комнату, я нашла письмо от Создателя, адресованное мне. Мне было всё равно, как оно туда попало: в доме, где каждый день что-нибудь меняется, возможно и не такое. Я прочитала его с холодным сердцем, только руки слегка дрожали. Ну вот и моя очередь настала…
В дверь резко постучали. Я едва успела сунуть письмо под подушку, как в комнату, не дождавшись моего ответа, влетела широко улыбающаяся Козетта. Выражение лица она позаимствовала у Доротеи: такие же сияющие добротой и участием глаза, широкая улыбка, доверчивый наклон головы. За дуру меня принимает? Конечно, принимает.
– Сора! – воскликнула она. – А я вот зашла к тебе побеседовать, поболтать по-девичьи. Ты не против?
Вообще-то, против. Но разве Козетте это интересно?
– У тебя так мило! – заявила гостья, плюхнувшись на кровать, и быстро обшарила взглядом всё скромное убранство.
Я изобразила кривую улыбку.
– Точно так же, как и у тебя. Комнаты все одинаковые.
– Да не совсем, – Козетта поболтала в воздухе стройными ногами в белых туфельках, – вот я, например, вчера вечером нашла в своей комнате бутылку оружейного масла.
Она замолчала, ожидая моей реакции. Не дождалась.
– Возможно, каждый из нас получает гораздо больше посланий, чем говорит об этом, – продолжила Козетта с лёгким оттенком досады. – А ты не находила никаких… подарочков?
– Я – нет. А вот Хина нашла себе новую шляпку, – я переложила Хину из одной руки в другую и указала подбородком на её голову, – шляпка ждала меня в комнате, когда я только приехала сюда.
– А почему ты никому не сказала об этом?
– А зачем? Это же просто кукольная шляпка, а не Смит-энд-Вессон.
Кажется, я попала куда надо. Козетта даже слегка побледнела.
– Разбираешься в марках оружия? Да ты удивительная девочка, Сора-сан!
– Сора-тян тогда уж, – поправила я, – а тебя я могу называть Козу-тян. Нравится?
– Не нравится. Не называй меня так. – губы Козетты чуть дрогнули – видимо, улыбка теперь давалась ей с трудом.
– Ну, как хочешь. Всё ещё желаешь поболтать со мной по-девичьи? – спросила я, присаживаясь на стул.
Я понадеялась, что она сейчас встанет и уйдёт. Но не тут-то было.
