Марк так бы и стоял столбом, если бы не Саша. Тот дёрнул товарища за рукав джинсовой куртки и едва не сбил с ног. Благо, Марк вовремя вышел из ступора и сообразил, что пора уносить ноги.
Саша, вопреки всем здравым законам логики, не побежал прочь на равнину. Не побежал и к железнодорожной насыпи. Вместо этого он обогнул ангар и направился прямиком к зданию комендатуры. Едва поспевая за товарищем, Марк оглянулся. Он ожидал увидеть бесформенный силуэт коменданта. Но его там не было. Видимо, перешагнул через тело Шили и направился в ангар в поисках ещё парочки голов.
– Быстрее! – сдавленно крикнул Саша и пробежал мимо входа в приёмную коменданта.
– Куда мы? – спросил Марк. Он уже задыхался от бега.
Саша не ответил. Да это и не требовалось. Он на полном ходу врезался в дощатую дверь аварийного выхода и тем самым сорвал её с петель.
То место, куда они попали, никак не вязалось со всем, что Марк видел в затянувшемся сне. Длинная зала с высокими потолками была выложена гладкими, чёрными плитами – и по полу, и по стенам, и по потолку. Замысловатый узор, в виде белых разводов эмульсии, с трудом узнавался в царившем тут полумраке – и это при том, что узкие окна-бойницы, высотой в добрых четыре метра, выходили на солнечную сторону. Окна начинались у самого потолка и спускались к мраморному пьедесталу, тоже чёрному, на котором, должно быть, раньше стоял трон. К пьедесталу вели низкие, но широкие ступеньки. В солнечных лучах они отливали изумрудом, хотя тоже были чёрными.
Наслаждаться красотой тронного зала было некогда. Саша бежал вглубь тёмного помещения, вызывая гулкое эхо каждым шагом.
Что-то противно скрипнуло.
– Быстрее! Сюда! – скомандовал Саша. Марк приблизился и увидел, что товарищ из последних сил держит приподнятой одну из плит, что устилали пол.
– Быстрее, вниз! Давай, мне тяжело!
Марк недоверчиво глянул во тьму, что открывалась под полом, но возражать не стал. Ныряя в квадратный зазор, он надеялся нащупать ногами лестницу или пол. Но их там не оказалось. Пустота и темнота. И чувство свободного падения.
Марк приземлился на что-то мягкое – достаточно мягкое, чтобы не сломать кости, но недостаточно мягкое, чтобы не набить себе синяков. Было больно, но не так, чтобы закричать во всю глотку.
– Двигайся! – прокричал Саша сверху, и, судя по радостному крику, спрыгнул. Марк, кувыркнулся и чудом успел убраться из зоны жёсткой посадки. Плита над головой, и Саша за спиной, упали одновременно. Смачный хлопок отразился эхом от стен.
То место, где они оказались теперь, было точной копией зала наверху – те же чёрные плиты устилали полы, потолок и стены, такой же полумрак царил тут и такие же пропорции соблюдались в высоте стен и ширине пола. Однако сюда свет попадал не через длинные бойницы, а через маленькие квадратные окна под самым потолком. И не было тут пьедестала со ступенями. Зато в изобилии были перегородки из дерева, очень похожие на разделители кабинок в общественных туалетах.
– Где это мы? – спросил Марк, оглянувшись на стопку спортивных матов, смягчивших его падение с пятиметровой высоты. С них как раз сползал Саша.
– Моё наследство, – сказал тот. – Замок Гринблэка. Отца. Прости, что не сказал раньше. Не доверял.
Марк хотел было присесть на выпавший из стопки мат, но Саша его остановил.
– Нет-нет. Надо уходить. Серые знают об этом месте. Сюда придут те, кто не успеет сделать ноги.
– Да что, чёрт возьми, происходит?! – не выдержал Марк. – От кого они бегут? За что убили Шили? Какого хрена здесь творится?
Саша потянул Марка за куртку и кивком указал в какую сторону следует идти.
– Тебе часто говорят, что ты тугодум? – поинтересовался без злобы Саша. – Спящие наступают. Спящие разгромили серых. Серые ноги еле уносят. А мы – ты да я – балласт ненужный. Пленные, которых в живых оставлять нельзя. Нас убить, склады поджечь – вот и все дела. Постой ка, чуть не забыл.
С этими словами Саша толкнул дверцу в одну из кабинок. За ней действительно оказался туалет с винтажным клозетом. Рядом с вмонтированной в пол раковиной лежал предмет до боли знакомый Марку – его сумка. И, судя по растянутым тряпичным бокам, не пустая.
– На прошлой неделе достал из хранилища. Твоё имя на коробке было – Марк Деревянный. Открыл, любопытства ради, а там…
Марк и сам не знал, что теперь там. Потому поспешно открыл сумку и с любопытством уставился на содержимое.
Самое главное никуда не пропало – нож-талисман был на месте и термос тоже. В боковом отделе так и лежала общая тетрадь в сорок восемь листов и ручка. Аптечка бесследно испарилась. Зато кошачий корм и огрызок яблока остались на месте. Но бока сумки распирало намного сильнее, чем должно было. И Марк не стал гадать – почему. Он открыл ещё один отсек и обнаружил там то, что в сумке изначально не лежало – револьвер, «УЗИ» и пистолет.
– Это тоже в моей коробке было? – спросил Марк, примеряя как ложиться в руку уже знакомый револьвер.
– Нет. Это было в коробке твоего знакомого. Того, что из деревни тебя увёз. Блэкбрауна, что-ли…
