Неожиданности с бестиарием начались как только я села за стол, и погладила кожаную обложку. С губ само по себе сорвалось ласковое «откройся», а пальцы прошлись по корешку, как будто я это делала сотни раз. Воздух в избе заполнился густой энергией, а книга на глазах начала толстеть. Не могу сказать, что это меня удивило. Точнее, удивило, конечно. Но к этому времени я уже была настолько измучена попытками вернуть Нафаню в дом, что проявлять эмоции не хватило сил. Я просто наблюдала, как менялся на глазах теперь уже мой бестиарий.
Книга не просто «росла», у нее еще и менялась обложка, а я как будто видела всех тех женщин, которые когда-то держали ее в руках. Вот Пухлая девица, в шерстяном сарафане выводит аккуратные буквы под светом свечи. Видимо, она жила в достатке, раз денег хватало на свечи и писчие перья. А вот уже пожилая матрона передает свою тетрадь худенькой, рыжеволосой девочке. Та тщательно перерисует на листы бестиария все лекарственные растения, которые найдет в лесу и передаст тетрадь своей ученице, которая станет не просто ведьмой, а мастером ядов. А потом тетрадь перейдет к ее дочери, а та отдаст сокровище внучке. Я видела их всех. Красивых, добрых, злых, хитрых, подлых и справедливых, бесконечно сильных и мудрых женщин, которые вдруг встали за моей спиной, и передали мне свои знания. И только когда обложка книги вновь стала гладкой, видения прекратились. Вода в печи недовольно булькала, а я пыталась справиться с сердцебиением и новыми знаниями.
— Ненавижу эти магические штучки!
Я встала из-за стола, и подошла к печи. Трясущимися руками заварила чай и дала себе пару минут отдышаться. Такие видения со мной случались не часто, даже редко. Всего пару раз за все время, но каждый раз нужно было время, чтобы успокоиться.
Выждав несколько минут, пока дыхание восстановится, а травы в кружке заварятся, я вернулась за стол и снова дотронулась до книги. В этот раз ничего не произошло. Она просто открылась на первой странице. Никакого введения, инструкции по использованию или напутствия я не нашла. Впрочем, было бы удивительно, если бы что-то подобное здесь было.
Разные части бестиария были заполнены разным почерком, разными письменными инструментами. Кто-то явно писал пером, кто-то карандашом, часть книги была заполнена чем-то напоминающим сажу. Кое-где были вставлены деревянные дощечки с вырезанными заклинаниями. Это придавало книге не только колорит, но и вес.
Я долго листала страницы, ища нужную информацию, и поражалась тому, какими разными были мои предки. Каждая женщина, прежде чем начать вести свою часть бестиария, писала свое имя вверху и основную специализацию. Например, Анна была травницей, Валия ворожеей, Федора могла предсказывать будущее и читать прошлое, а Гала могла договариваться с мелкой нечистью. Именно у нее я нашла нужный обряд.
Вообще, у нее было много информации про духов нижнего порядка: русалки, лешие, проводники и домашняя нежить, все они были тщательно описаны и даже зарисованы. Гала детально расписала, как призвать духа, как с ним договориться и даже как помочь, если нужное тебе существо вляпалось в неприятности.
Про домовых Гала начала рассказывать весной, когда была вынуждена была покинуть свою деревню из-за регулярных набегов «красных демонов». Насколько я поняла, это была какая-то банда, терроризовавшая несколько деревень или поселков. Гала тогда была совсем молоденькой. Она недавно похоронила мать и бабушку и боялась, что братья отдадут ее бандитам в качестве откупа. Так делали многие мужчины, когда не могли выдать бандитам зерно или деньги. Несколько подруг Галы были изнасилованы прямо во дворе родительского дома, и деревенские даже не пробовали остановить надругательства. Поэтому юная ведьма решила умереть свободной в лесу, а не в плену, и уж точно не во дворе родительского дома.
Читая записи девочки я сначала плакала, а потом восхищалась тому, какая смелая женщина была в моем роду.
Сбежала Гала ночью. Подсыпала родственникам в самогон дурман, подождала пока те уснут, обещая, что утром ее ждет новая жизнь, и ушла. Ее действительно ждала новая жизнь, но не та, на которую рассчитывали братья.
Гала подалась в лес. Бабушка и мама с детства учили девочку, что деревья укроют, а лесные духи не дадут пропасть. Так и получилось. Через несколько дней пути Гала нашла старую избу, а вокруг избы бегал растерянный домовой, и не мог попасть в дом. Прямо как Нафаня.
«Связь домового с домом не должна рваться. Но она рвется. Почему? Этого мне пока неведома, но дух от этой оказии сильно болеет, сохнет и лютует. Сначала домашний дух пытается войти в хату, а та не пускает. Потом он ищет новый дом. Но новый дом его тоже не пускает, как будто у духа стоит запрет и он начинает терять силы»