Форму новую получил, я так в старой на подсобном хозяйстве и работал, а тут новьё, амуницию. Автомат старый, что вписан в военный билет, так что освоился, знакомился с командирами отделения и взвода. Третья рота этот месяц дежурит по городу и окрестностям в охранении. Остальные работали по ловле духов, перекрывая караванные тропы или конвои водили. Ничего, нормально приняли. Я вообще в батальоне быстро стал известным. Особенно как меня снимали с крыши свинарника, а я обглоданными костями отстреливался. Странно что на губу не отправили, больно я рассмешил комбата. Тот с крыльца смотрел как меня снимали. Что ещё? В основном всё свободное время был занят на работах или вот создании с нуля планшета и дрона. Поверьте, это и для меня немалый опыт, всё же с нуля делал, что-то приходилось переделывать, не правильно шло. И такое было часто, новый опыт. Однако я решил, что пора мне завязывать с подсобным хозяйством. Хочу, чтобы грудь в орденах была, когда служба закончится, вот такой финт и провёл. Что другое придумал, наверняка бы оставили, но на покусившихся на святое, такое не прощают. Старшина обратно не пустит. Хотя зря я старшиной его зову. Это скорее прозвище, все так к нему обращаются. Прапор он, да ещё старший. Я и сам думал через губу перевод получу, но нет, сразу. Что ещё? От матушки, всё же решил, что буду как родной с ней вести, это и ей и мне нужно, получил шесть писем, та довольно остро приняла информацию о потере памяти, описывала историю жизни Валентина, фотографии разные присылала. Целый альбом. Изучил его.
Сам отправил четыре письма. У одного старослужащего форму выпросил, у нас один размер, телосложение схожее, и меня сфотографировали на фоне гор, красивый ракурс. Чуть позже фото отправил матушке, чтобы видела, здоров, служба идёт. Честно написал, что работаю в подсобном хозяйстве, ещё больше успокоить. У особиста разрешение получил, пояснил почему, из-за травмы и ран, матушку успокоить. Так что тут ограниченному контингенту использовать фотоаппараты и делать снимки было запрещено. Разрешили. Да он сам фото и делал, сам письма и отправлял. Ещё копил в камнях-накопителях пси-силу. Я её мало использовал при написании программ. Больше для создания планшета и дрона в реале. В принципе, накопил прилично, хватит три десятка пси-дроидов создать, что на людей похожи. Это все новости. Хочу заняться изучением хранилища и Сферы. Почему защита не сработала при перерождении, разобраться и убрать проблему. Впрочем, это после срочной службы, когда буду на гражданке. И то не сразу, хочу пожить нормально в Союзе до развала, можно сказать впитать это время. А то уже стирается. Осталось послевкусие приятной жизни, понравилось, и всё. С сержантом Новиковым, командиром отделения, ближе к полудню познакомился, когда подъём был, чуть позже и со взводным. Старшим лейтенантом Локтевым. А наш взвод дежурит на подходе, там посты разбросаны, ночами. Отсыпались парни после дежурства. И да, вы поняли, меня уже включили в дежурство и этой ночью я иду на боевой пост. Даже отдохнуть не дали, готовился, получал бронежилет, каску, остальное имущество, подгонял, оружие под присмотром сержанта чистил, тот со мной так знакомился. Набивал магазины патронами.
А включили меня в группу рядового Магомедова. Аслан из Осетии был. Пост выдвинутый, на машине довезли, разъездная «шишига», сменив дневную смену. Тут на склоне горы пост, минами окружён, крупнокалиберный пулемёт «Утёс», рация, есть ракетница с световыми ракетами. Вот нас поставили и поехали другие посты сменять. Так что стали обустраиваться. Наш пулемёт тут по сути всю долину и дорогу что на Джелалабад шла, держал. Чуть за спиной на дороге блокпост с танком. Там целое отделение стоит. Отличное место подобрано было. Аслан поугрожал, чтобы заснуть не вздумал, и сразу завалился на лежанку, а что, он старослужащий, осенью дембель, ну а меня поставил бдить, что я и делал. Тот похрапывал, а я готовил гранаты для «АГС», создавая бомбочки, да поглядывал вокруг. А я уже так делал, гонял дрон, он мог нести до двадцати таких «ВОГов» по весу, но держателей было всего шесть, и скидывал кучкой по три штуки. Быстро навострился точно это делать. К слову, ни одной осечки, всё точно работало. Да просто залётных ловил в горах. Три десятка на счету только убитыми. Может и местные ополчение, но их никак не различить, и одеты, и вооружены одинаково с моджахедами. Никак не обозначают себя. Тем более мне действительно было пофиг.
А тут пнул Аслана по ноге и как тот дёрнулся, схватившись за автомат, сказал:
- У нас гости.
- Что? Какие гости? - ворочаясь, чтобы встать, спросил тот.
Говорил Аслан почти чисто, акцент был едва уловим, не то что узбек из нашего взвода, два слова сказать нормально не мог. Его кстати на моё место направили. Старшина настороженно его принял, явно присматривать будет. Я тоже поначалу тихий был.
- Две группы. Одна из города тайком, пятеро, обойдя наших на блокпосту, с шестью осликами, гружёнными мешками. Их встречают моджахеды. Восемь. Все вооружены.
