Так и есть, двадцать кило в хранилище имею, три килограмма это НЗ из еды. Рыба запечённая, тут в степи дикий чеснок нашёл, запёк в углях, отлично идёт к рыбе. Два литра воды в пакете. Остальные пятнадцать пустил для дела. Туда убрал все находки, и как раз и ушли. Однако я извлёк из пульта блоки судового компа катера, они целые. В принципе, сколько-то те стоят. Их убирать уже некуда было. Плюс ещё были находки из ценного и целого оборудования катера, что я демонтировал. Жаль реактор прострелен. И всё это я убрал в нишу в рубке, и скрыл там, до того, как меня нашли и связали. Я не сопротивлялся. Лубки уже снял, вчера ещё, но рукой пользовался осторожно. Вот такие дела. А это всё из находок. Больше не было. Ну два и стрежня для реактора той модели, что на катере были, в пластиковых упаковках, в одной из ниш, и теперь это все находки. Ни еды, ничего такого. Да, на ошейнике металлическое кольцо было, так что когда меня включили в общую группу рабов, через него верёвку протянули, связав меня в общую колонну рабов. Я как и все сел на траву, ожидая пока двинем дальше. А караванщики шакалили на моём катере. Искали ценное. Судя по хаотичным движениям, те не особо разбирались в таких судах, так что за содержимое ниши я был спокоен. И ещё, знаете, что я скажу? Среди караванщиков был маг. Он светлячки запускал в помещения, чтобы всё хорошо было видно. Я открыл рот и тараща глаза смотрел на того. Вон оно что? Это кстати может быть опасным. Имея магическое зрение, он увидит двойную ауру и хранилище? Там нет возможности сокрытия, мне об этом маги-учёные говорили. Так что если у того магическое зрение есть, то тот может и увидеть нечто непонятное для него. Это плохо. Причём, не только в том, что тот захочет это непонятное изучить и может навредить мне. Я лишусь попутчиков. Да перестреляю всех нафиг. Хранилище и двойная аура мне ценнее всех живых тут. Именно так, если бы даже караван проходил мимо, я бы вышел к нему сам и дал себя связать. А меня отведут к людям, будут поить, кормить по пути. Почему и нет? А на месте я сбегу. Ножи и лучемёты имею. Последние уже опробовал против местной степной гиены, в порядке. Это были мощные армейские образцы, для боя в ближнем контакте самое то. Валят наглухо.
Что важно, маг есть, все мои ухоронки точно найдут. Кстати, не ошибся, мы трое сутки стояли у остова катера, те и металл собирали, покалеченную створку погрузили на одну из повозок. Повозок было два десятка и волокли их волы, лошадей тут похоже не было. В караване не видел. Причём, грузили рабы, их использовали. Я мелкий, меня нет. Так что набрав ценного, караван двинул дальше. Хм, странно, но то что нашли в нише в рубке, варварски выдрав покрытие пола и дверцу, там и оставили, всё это явно караванщикам не нужно. Удивило. Правда, не долго дивился. Я пытался общаться с другими рабами, но языков этих не знаю, это факт, однако один всё же отозвался, на Едином, язык космолётчиков мира Крикунов, мужик взрослый, с ожогами на лице. Тот оживился, и мы пообщались. Тут две цепочки рабов, я в первой, тот во второй, а перекрикиваться нам охрана запрещала, пару раз уже угостили плетьми. Я запомнил кто это сделал. А так вот что тот успел сообщить. Он из команды рейдера, пираты понятно. Случайно наткнулись на эту планету, а она очень далеко от границ Империи, неделю гнались за контрабандистом, попался, а тот вывел сюда. Был бой на орбите, и обломки обоих судов рухнули на планету. Те взаимно уничтожили друг друга. Да, этот катер с борта пирата, тот его узнал. В общем, выжило немало, но на планете оказались странные аборигены, что легко скрутили их. Ясно, магам в руки попали. Ну и тот уже третий месяц в рабах. В новое поселение ведут. Торговцы его купили. Вот такие дела. Ясно почему судовые блоки местных не интересуют. Узнал какой год в Империи, и высчитал что это другой мир, ну оно и понятно, опаздывает от того времени где я на Славии жил, почти на три десятка лет. Вот так нас утром подняли, покормив кашей, да тут ею только и кормили эти три дня, в котлах готовили, и мы двинули дальше. Это пока последние новости. Хорошо катер и аборигенов нашёл, а то уже на перерождение хотел уйти, решив, что ловить тут нечего. Нет, мы ещё поборемся.
