Мародеры полностью

В июне 1943-го, когда Хэммонд уже находился в Европе, президент Рузвельт формально назначил его руководителем программы. Осенью Хэммонд получил подкрепление — около дюжины офицеров стали сотрудниками его отдела. В подразделение также вошли несколько британцев. Одна из главных задач группы состояла в том, чтобы информировать армию о местоположении ценных памятников и произведений искусства, чтобы по мере возможности избегать боев в этих местах. Однако командующий союзническими войсками генерал Эйзенхауэр не очень-то хотел ограничивать себя в выборе тактики. Хотя президент Рузвельт пообещал папе римскому, что военные действия не затронут Ватикана, а экипажи бомбардировщиков получили подробные карты, на которые были нанесены важнейшие памятники Рима, несколько бомб по ошибке все же было сброшено на папский анклав. Когда союзнические войска стали продвигаться по Апеннинскому полуострову, отдел MFAA завалили отчеты о мародерстве и вандализме в собственных рядах.

Говорят, что сам Эйзенхауэр, занимавший в какой-то момент кампании один из королевских охотничьих домиков XVIII века в Казерте, не постеснялся открыть пальбу в прекрасных интерьерах, обнаружив у себя в комнате крысу. В конце концов бесконечные скандалы, возникавшие из-за вандализма войск союзников, вынудили главнокомандующего в декабре 1943 года издать первый приказ, обязывающий англо-американские войска тщательно охранять памятники культуры. Один пункт приказа звучал вполне однозначно:

Меньше чем через два месяца после этого был уничтожен монастырь Монтекассино. MFAA приходилось сражаться на двух фронтах — против немецкой армии и против собственной военной бюрократии. Ученые, служившие в подразделении MFAA, в основном имели младшие офицерские звания и поэтому могли давать вышестоящим командирам лишь рекомендации о защите памятников, а не прямые распоряжения. Однако после декабрьского приказа Эйзенхауэра уважение к подразделению выросло. Заметно ужесточилась и воинская дисциплина.

Хотя с войсками в Италии находились всего около десяти сотрудников MFAA, их работа — в том числе и консультации — сыграла очень важную роль. Прежде всего они снабдили сухопутные войска и авиацию удобными и актуальными «культурными картами».

С точки зрения возможности бомбардировок города были поделены на три категории: 1) те, которые бомбить нельзя ни при каких обстоятельствах, — это Рим, Флоренция и Венеция; 2) города, бомбардировки которых разрешены лишь в случае крайней необходимости, — Равенна, Урбино и Сполето; 3) города, которые разрешается бомбить без ограничений (в этот раздел, в частности, вошли Милан, Пиза и Падуя).

Когда союзники дошли до Северной Италии, круг задач MFAA был расширен. Только что прибывший в распоряжение отдела искусствовед из Йельского университета Дин Келлер немедленно приступил к работе — спасению и консервации того, что осталось от фресок Кампосанто в Пизе.

Другие офицеры MFAA в июне 1944 года вместе с англо-американскими войсками вошли в Рим и к своей радости обнаружили, что художественные коллекции города почти не пострадали от немецких мародеров. Правда, итальянские музейщики встретили офицеров MFAA несколько настороженно: немецкая пропаганда распространяла слухи, что истинная цель этого подразделения — переправить итальянские шедевры за океан.

Со временем подразделение MFAA в Италии научилось работать более организованно и эффективно, хотя до конца войны группа испытывала постоянный недостаток состава и ресурсов. Летом 1944 года в подразделении служило чуть больше двенадцати человек — и это на все союзнические армии, насчитывавшие несколько миллионов солдат. Но итальянский опыт оказался неоценим, ибо Италия была лишь прелюдией. Союзники освободили Флоренцию 4 августа 1944 года, и к этому моменту во Франции уже почти месяц был открыт второй фронт. В Нормандии офицеры MFAA смогли оценить истинный размах грабежей. Про «ариизацию» в Америке уже знали — многие евреи, жертвы нацистских преследований, еще до войны бежали в США. Тем не менее союзники были поражены масштабами нацистского мародерства.