За пределами купола началось оживление. Когда Глеб вышел наружу, по всему лагерю уже сновали никты. От залива тянулась целая колонна. Кира держалась поближе к Глебу и с тревогой поглядывала на этот парад неудач мастеров эволюции. Кто-то махал рукой биотехнику, кто-то, напротив, старался не попадаться ему на глаза.
— Похоже, тебя все здесь знают, — заметила Кира.
— Не все, — возразил Глеб. — Я и не знал, что их столько. Но ты их не бойся, они безобидные.
— Я не боюсь, — ответила Кира. — Просто согласна с Германом насчет того, что иногда следует соблюдать осторожность.
Герман тихо фыркнул.
— Ноль, — окликнул Глеб никту, когда та появилась на пороге. — Сколько же их у тебя?
— Двести двадцать три, — ответила та, и махнула рукой приземистому коротышке с длиннющей, но одной рукой.
Тот заковылял к ней.
— М-да, вот тебе и наши мастера, — фыркнул Глеб.
— Да нет, тут не только ваши, — признала Ноль. — Когда прошел слух, что королева Лидия, дай ей Зона тысячу лет здоровья, не утилизирует никтов, к нам со всей округи потянулись…
Она опустилась на корточки перед коротышкой и начала знаками ему что-то объяснять.
— Я так понимаю, отсюда мы с твоей башней теперь не свяжемся, — тихо сказала Кира.
— Похоже на то, — ответил Глеб. — Но пойдем еще вон там глянем.
Никты уже добрались и до затопленной амфибии. Одни ныряли, другие вытаскивали их находки на берег и сваливали в кучу: куски обшивки, канаты, шлем с выжженным забралом. Сморщенный старичок, похожий на очень большую поганку, сидел на железном ящике без крышки и сортировал добычу.
Когда Глеб с Кирой подошли, из воды вынырнули двое молодых никтов. Эти двое выглядели как попытка слить воедино человека и тритона. Глеб помахал им рукой:
— Коля, Яна, давно не виделись.
Никты синхронно повернулись, остановившись по пояс в воде. Одежды на них не было никакой, и девушка одной рукой прикрыла грудь, а второй помахала биотехнику. Юноша недовольно глянул единственным глазом. Длинный шрам змеился по его лбу, зигзагом проходил через пустую глазницу и заканчивался на скуле.
— Полгода, — сказал юноша. — Мы думали, ты забыл нас.
— Нет, меня на конвейер сослали, — ответил Глеб. — А у вас как дела?
— Мы живы, — произнесла Яна. — Это уже хорошо.
Голос девушки был абсолютно пустой: ни интонаций, ни выражения. Ее взгляд внимательно скользнул по Кире, и вернулся к Глебу.
— Ребята, — сказал Глеб. — Мне нужна ваша помощь.
Никты в воде переглянулись.
— Ты всё-таки нас забыл, — обиженно сказал Коля. — Мы — никты.
— Никты — это значит, что вы никому не помогаете? — спросила Кира.
— Можно сказать и так, — признала Яна. — Если бы мы могли быть хоть чем-то полезными, нас бы здесь не было.
— Никты — это значит "никто", — резко добавил Коля.
— Но теперь у вас есть шанс сразу стать спасителями башни, — возразил Глеб.
Колю, похоже, эта перспектива совершенно не впечатлила, а вот во взгляде Яны появился интерес. В голосе, правда, ни йоты интонации не прибавилось.
— Какое нам дело до башни? — сказала она. — Что мы можем сделать для тебя, Глеб?
— Надо быстро обшарить амфибию и найти любой рабочий коммуникатор, — сказал Глеб. — Если какой-то не разбит в хлам — тоже тащите. Может, из нескольких получится один собрать.
Никты переглянулись и моментально исчезли. Над водой мелькнули их покрытые чешуей спины с коротким гребнем. Глеб опустился на корягу, подальше от старичка, который опасливо поглядывал то на биотехника, то на уже добытое имущество.
— Придется подождать, — сказал Глеб.
— Да я поняла, — Кира устроилась рядом, выбрав место почище. — А кто они?
Девушка кивнула в сторону амфибии, где рядом с кормой появился и тотчас исчез короткий гребень.
— Коля с Яной — мои сомутанты, — ответил Глеб. — Мы вместе проходили первую детскую эволюцию. На специальность.
— Ты же вроде говорил, что ничего не получилось, — возразила Кира. — А они выглядят как самые настоящие мутанты.
Старичок тихо вздохнул, но когда Глеб повернулся к нему, моментально сжался и сделал вид, что полностью погружен в работу.
— Они только выглядят таковыми, — пояснил биотехник. — А на самом деле нам всем не повезло. Мы вообще-то должны были стать морскими инженерами. Все трое. Первое поколение, кстати. Высшие как порт отхватили, так сразу о морских просторах задумались. Ну, не самим же им их осваивать. Вот, а мы трое по характеристикам подходили. Не только мы, конечно, но наша троица в том числе. И мы вместе полгода в одной камере провели. Ну, а когда ее вскрыли, оказалось, что мастера то ли не доглядели, то ли напортачили, да только мутаген очень неравномерно распределился. Им слишком много досталось, а мне — слишком мало. Меня после комиссии в биотехника переоформили, а ребят полностью забраковали. Раньше бы вообще усыпили, а так хоть какая-то жизнь.
— Обычная здесь история, — раздался голос Ноль.
Она стояла за спиной старичка, разглядывая находки. Тот опять заволновался. Ноль отошла, поглядывая в сторону амфибии. Маленький никт — скорее всего, еще мальчишка — приволок широкую защитную ленту.
— Почти не рваная, — гордо доложил он.
Ноль кивнула.
— Давай я гляну, — предложил Глеб.
