Рядом со мной ударил о гранит камень величиной со взрослого тарска. От удивления я чуть не свалился вниз. Лишь с большим трудом мне удалось сохранить спокойствие — теперь я уже слышал, как по стене за мной карабкается курия.
Если принять во внимание все обстоятельства, Торвальдсберг — весьма опасная гора. Однако оказалось, что даже без специального снаряжения можно покорить его крутые склоны. По форме Торвальдсберг напоминает широкий наконечник копья, согнутый возле острия. Общая высота — примерно четыре с половиной пасанга, или около семнадцати тысяч земных футов. Это не самый высокий пик на Горе, но впечатление Торвальдсберг производит. В своем роде он даже красив.
Я следовал за Раздвоенной Бородой, стараясь не отставать, и довольно быстро понял: Ивар знает, что делает. Казалось, он обладает удивительным чувством, которое помогает ему отыскивать уступы и трещины в камнях, незаметные даже с близкого расстояния.
Курии умеют великолепно лазать по горам благодаря тому, что природа наделила их многосуставчатыми руками и ногами, длинными пальцами и когтями. Однако, преследуя нас, они тоже столкнулись с определенными трудностями.
Мне кажется, я знаю почему. Прошло еще около двух анов. Ивар помог мне взобраться на очередной уступ.
Я тяжело дышал.
— Курии не смогут добраться до этого места тем же путем, — сказал он.
— Почему? — спросил я.
— Им не за что ухватиться, а вес у них большой.
— Выступы? — удивился я.
— Да, ты разве не заметил, какие они удобные?
Я посмотрел на Раздвоенную Бороду. Множество раз я чуть не свалился вниз со склона.
— И ты конечно же заметил, что они постепенно становятся все уже?
— Я заметил, что лезть вверх становилось все труднее, — признал я. — Такое впечатление, что ты хорошо знаешь эти горы.
Ивар улыбнулся.
Похоже, он так ловко выбирал маршрут, когда мы поднимались наверх, вовсе не благодаря своим выдающимся способностям.
— Ты уже бывал здесь раньше, — сказал я ему.
— Да, — проговорил он. — Мальчишкой я забирался на Торвальдсберг.
— Ты что-то говорил о выступах, — напомнил я.
— Их вырубил я, — объяснил Ивар.
Теперь я понял, почему он двигался по этому крутому склону с такой уверенностью. Оказывается, Ивар хорошо знал Торвальдсберг, что и позволило нам взобраться наверх. Именно по этой же причине преследовавшие нас курии, которые от природы лучше, чем люди, лазают по скалам, не могли нас догнать. Однако мне не приходило в голову, что Раздвоенная Борода следует проложенной ранее тропой.
Раздвоенная Борода прислонился спиной к скале, ухмыльнулся и потер руки. Мы услышали, как в шестидесяти футах под нами курия скребет когтями по каменистому склону, пытаясь отыскать подходящий выступ.
— Этот карниз, — пояснил Раздвоенная Борода, — западня для курий. Когда я был мальчишкой, за мной в этих местах охотился курия. Он преследовал меня два дня. Я полез в горы, а он оказался настолько глуп, что отправился следом. Я специально прорубал дорогу, по которой он мог двигаться за мной, пока не осталось двадцать футов до этого карниза; а затем я стал делать небольшие зарубки, удобные для соблюдающего осторожность человека, но слишком маленькие для лап курии.
Я услышал, как внизу сердито зарычал зверь.
— Таким образом, еще мальчишкой, — продолжал Ивар, — я прикончил своего первого курию. — Он поднялся на ноги и подошел к углу карниза, где было сложено несколько больших камней. — Камни, которые я собрал тогда, все еще на месте, — сказал он. — Часть из них я нашел прямо здесь, а остальные — наверху.
Я не завидовал курии, который карабкался вверх по склону.
— Он продолжает лезть, — прошептал я, взглянув вниз, и вытащил меч.
Будет совсем нетрудно помешать зверю забраться на наш карниз.
— А он глуп, — проговорил Раздвоенная Борода.
За первым курией карабкался второй. Двое других находились гораздо ниже, там, где склон был не таким крутым. Те двое, что приближались к нам, оставили оружие внизу, у своих товарищей.
Первый курия находился в восьми или десяти футах под нами, когда с диким криком, безуспешно пытаясь за что-нибудь ухватиться, он начал падать вниз, перевернулся в воздухе и с ревом пять енов спустя рухнул к подножию скалы.
— Выступы, — сообщил мне Ивар, — сделаны так, что курия не может на них удержаться.
Второй курия находился в двадцати пяти футах от нас. Он поднял голову и зарычал.
Камень, который швырнул Ивар, сбросил его с почти вертикальной стены. Он последовал за своим товарищем.
Ловушка, подстроенная для врага мальчишкой из Торвальдсленда много лет назад, все еще действовала. Я восхищался Иваром Раздвоенная Борода. Даже в молодости он отличался хитростью и изобретательностью. Еще мальчишкой он оказался опасным врагом, который мог соперничать со взрослыми куриями.
Два других зверя, прижавшись к склону, подняли головы. Их щиты и топоры были закреплены у них на спинах.
