В связи с этим совершенствовались способы боевой деятельности войск, повышались нормативы в огневой и тактической подготовке, неотложной задачей явилось изучение техники и атомного оружия, способов их применения и защиты от них. Потребовались большие усилия маршала Р. Я. Малиновского, членов Военного совета, 55 партийно-политического аппарата, всех командиров и политработников по реорганизации управления военного округа, программ обучения и воспитания воинов, расстановке кадров. Надо было помочь командному и политическому составу осознать и глубоко усвоить сущность революции в военном деле, ввести части в новые условия ведения боя. Округ справился с этими задачами. Повысился уровень технических знаний. Люди были обучены действиям в условиях использования атомного оружия, способам защиты от поражения радиоактивными веществами, умению проводить дезактивацию участков местности, дорог, позиций и техники.
С полным основанием Родион Яковлевич утверждал, принимая парад войск Хабаровского гарнизона в мае 1954 года, что «если империалисты, уповая на атомное оружие, решатся на безумие и захотят испытать силу и мощь Советского Союза, то можно не сомневаться, что агрессор будет подавлен тем же оружием...»55.
Р. Я. Малиновский видел необходимость подготовки советских солдат, офицеров и генералов и в физическом отношении. В том, что кроме убежденности и знаний нужна еще и сила, сомнений не было. Вся война тому свидетельство. В последних боях воины несли местами технику буквально на себе, проталкивая ее через труднопроходимые участки: буреломы, горные ущелья, высокие перевалы, заболоченные солончаки. «Спорт, трепировки на выносливость, обучение тому, что нужно в современной войне,— одна из главных задач штабов»,— говорилось в одном из приказов командующего войсками Дальневосточного военного округа.
Никакие успехи в боевой и политической подготовке немыслимы были без хорошо налаженного быта и питания воинов, без забот об их отдыхе. На фронте Родион Яковлевич в самых сложных условиях строго взыскивал за несвоевременную доставку горячей пищи, обмундирования и снаряжения, периодической печати бойцам и командирам. Это являлось характерной чертой в его деятельности и в мирное время. Он требовал от членов Военного совета вплотную заниматься солдатским бытом.
Посещая гарнизоны, особенно находившиеся в глухой местности, Малиновский близко принимал к сердцу отсутствие, скажем, самой обыкновенной бани, без которой не 56 могло быть и речи о подходящих условиях жизни. «Бань-ку-то вы построили так себе: без парной, а солдату после тяжелых походов она нужна в первую очередь»,— говорил маршал. Такое бойцами очень ценилось в командующем, что, наряду с решением крупных военных проблем, находил время вникать в житейские нужды воинов, удивительно сближаться с ними.
По указанию Родиона Яковлевича в борьбу за улучшение быта войск Дальнего Востока включилась армейская пресса. На страницах окружной печати появлялись статьи: «Больше внимания столовым», «Святой долг политработника — по-отечески заботиться о солдатском быте», «На полковых складах» и другие, направленные на устранение недостатков и пропаганду образцовых служб тыла.
По окончании рабочего дня Малиновский еще долго не выходил из кабинета. Вскоре оп заметил, что ему стали подражать подчиненные, мол: «Как начальник, так и я. Л вдруг понадоблюсь!» Привычки войны и тревожных будней в Маньчжурии оказались живучими. Тогда люди вынуждены были работать на износ. Теперь такой необходимости не было. Командующий прекрасно это понимал и всем запретил находиться в штабе, за исключением дежурной службы. «Людей надо беречь, и они будут использовать рабочее время с полной отдачей»,— рассуждал он.
Сам же продолжал по вечерам что-то читать и записывать в тетради. Обычно в это время в его кабинете царил полумрак, ритмично постукивал длинный маятник, с шипением и бархатным звоном часы отсчитывали бег времени. Иногда с улицы доносилось завывание сильного ветра в непогоду, за дверью слышались мерные шаги часового.
