Иными словами, 22 июня надо было отдать приказ войскам встать в оборону позади рек, а войскам 13-й армии, которая находилась во втором эшелоне Западного фронта, немедленно занимать брошенные укрепленные районы вдоль старой государственной границы».
А на странице 188 английский мистер трубит о том, что в окружение под Минском попал весь Западный фронт, в том числе и 13-я советская армия:
«В районе Барановичей на станции Обуз-Лесьна находился тайный командный пункт Западного фронта. Гудериан взял Барановичи 27 июня. После этого управление Западным фронтом было окончательно потеряно. Путь на Минск был открыт.
2-я танковая группа Гудериана и 3-я танковая группа Гота соединились в районе Минска, отрезав окруженным частям Красной Армии пути снабжения и отхода. В кольце оказались сверхмощная 10-я армия, остатки и осколки 3-й, 4-й и 13-й армий, несколько отдельных корпусов и дивизий, словом – весь Западный фронт».
В Директиве Народного комиссара обороны Союза ССР № 3 от 22 июня 1941 года есть приказы авиационным корпусам дальнего действия:
Советская авиация тоже выполнила этот приказ. В книге «Ледокол» английский «исследователь» себя снова опровергает и сообщает, что советская авиация в первые часы войны также действовала по предвоенным планам:
«22 июня 1-й авиационный корпус нанес массированный удар по военным объектам Кенигсберга.
26 июня 1941 года 4-й авиационный корпус начал бомбардировки нефтяных полей Плоешти в Румынии. За несколько дней бомбардировок добыча нефти в Румынии упала почти в два раза»[489].
На 227-й странице английский мистер голословно заявляет:
«Но снова у Жукова толпа защитников. Придумали они вот какой финт: не готовили мы удар по Германии; по замыслу Жукова, противника следовало быстренько остановить, выбросить с нашей территории и тут же перейти в решительное наступление на вражьей земле!»
Гениальный Маршал Победы Георгий Константинович Жуков противника остановил! И перешел в решительное наступление на вражьей земле! Войска Красной Армии перешли в победоносное наступление еще в июне 1941 года!
В.А. Анфилов сообщает:
«Вечером 22 июня в штаб Юго-Западного фронта, находившийся в районе Тернополя, прибыл представитель Главного Командования генерал армии Г.К. Жуков»[490].
В книге «Часовые советских границ» есть сообщение о том, что бойцы и командиры дивизий Южного фронта сначала отразили нападение войск противника, а затем, следуя боевым уставам Красной Армии, в соответствии с доктриной ответного контрудара перешли в контрнаступление:
«На участке Измаильского отряда пограничники вместе с подошедшими на помощь подразделениями 51-й стрелковой дивизии не только успешно отражали все попытки неприятеля высадиться на наш берег, но и сами совершили несколько удачных рейдов в тыл врага. 26 июня было решено нанести удар по городу Килия-Веке, в котором находился большой гарнизон противника.
На рассвете пограничные катера с десантниками на борту на полном ходу устремились к вражескому берегу. Комендоры открыли огонь из всех орудий. Ошеломленный внезапным ударом, противник не сразу пришел в себя. Когда его орудия стали отвечать, десантники были уже у самого берега и пулеметным огнем поливали вражеские укрепления.