«После войны Жуков хвалился, что все понимал еще в июне 1940 года (“с той поры моя личная жизнь была подчинена предстоящей войне, хотя на земле нашей еще был мир”), но тем не менее стратегическую оборону не готовил и даже не вспоминал о ней на совещании в январе 1941 года».
Вернемся на страницу 95 и увидим заглавие этой главы, а также первую фразу этой главы, в которых автор сообщает, что совещание высшего руководящего состава РККА состоялось не в январе 1941 года, а в декабре 1940 года:
«Совещание высшего руководящего состава РККА 23–31 декабря 1940 года.
23 декабря 1940 года в Москве открылось совещание высшего руководящего состава РККА. Оно продолжалось 9 дней без выходных и завершилось вечером 31 декабря».
А на 106-й странице он уточняет время окончания «январского» совещания:
«Совещание высшего руководящего состава Красной Армии завершилось 31 декабря 1940 года в 18.00».
Новое издание книги «Тень Победы» «выдающегося писателя, историка и военного аналитика» стало еще более противоречивым и путанным. Оно снова содержит те же ляпы и неточности, противоречия и опровержения, слухи и сплетни, мифы и легенды, сказки и фантазии, а также ложь и клевету, как, впрочем, все его книги. У меня складывается впечатление, что книги «писателя и военного аналитика» – это коллективное творчество халатно, противоречиво, путанно, неграмотно и небрежно состряпанных сфальсифицированных «мерзких книжонок»[114].
На странице 99 заламаншский «исследователь» обвиняет Г.К. Жукова:
«Храбрость солдата состоит в том, чтобы идти на вражьи штыки. Храбрость генерала состоит в том, чтобы иметь свое мнение и отстаивать его перед кем угодно. Солдат идет на смерть, но и генерал обязан проявлять солдатское мужество: убейте, но я останусь при своем – нам нужно готовиться к обороне страны!
Выбирайте одно из двух.
Либо Жуков не стратег, а хвастун, ничего не знавший, ничего не предвидевший и все свои “предвидения” придумавший после войны, либо он трус, все знавший, все предвидевший, но побоявшийся об этом говорить».
А в книге «Очищение» автор опровергает сам себя:
«А вот пример из нашей истории. Немцы охватили Киев и огромные пространства вокруг него гигантскими клещами: севернее под Конотопом – 2-я танковая группа Гудериана, южнее под Кременчугом – 1-я танковая группа Клейста. Ситуация ясна – клещи сомкнутся в тылах Юго-Западного фронта, и в котле окажутся пять советских армий. Что делать? Мнение начальника Генерального штаба генерала армии Г.К. Жукова: пять армий немедленно выводить из-под Киева. Как выводить? – не понимает товарищ Сталин. А как же Киев? У Жукова сомнений нет: Киев сдать!
Сталин – на дыбы: как это сдать? Сталин настаивает: Киев удерживать. А Жуков знает: все равно не удержим. Лучше отдать просто Киев, чем отдать Киев и полтора миллиона солдат, его защищающих. Сталин настаивает: защищать! И тогда Жуков требует отставки: вам виднее, воюйте как знаете, но я за это ответственности ни перед народом, ни перед историей не несу. Готов идти куда угодно, воевать хоть ротным командиром, хоть полковым, готов командовать корпусом, армией, фронтом, а ваших преступных приказов выполнять не намерен. И Жукова сняли. И тут же разразилась жуткая катастрофа. Две германские танковые группы сомкнулись под Лохвицей…
Но уже без Жукова…
…Но генерал только тот становится великим и непобедимым, кто дурных приказов не выполняет. Храбрость солдата в том, чтобы идти на вражьи штыки, чтобы выполнять приказ, который ему отдан. А храбрость генерала в том, чтобы думать головой и выполнять только те приказы, которые ведут к победе.
…Удивительная все-таки вещь. Сталин генералов истреблял перед войной, но все равно находились такие, которые, как Апанасенко, как Жуков, могли, рискуя жизнью, послать в известном направлении самого гения всех времен и народов»[115].
На 114-й странице заламаншский «исследователь» сообщает о том, что:
«Война на два фронта, одновременно против Германии и против Японии, не исключалась».
А в книге «День М» мистер Резун снова сам себя опровергает:
«Еще в 1936 году советская военная разведка сделала вывод о том, что перед овладением территориями в Юго-Восточной Азии Япония будет вынуждена любыми средствами нейтрализовать Тихоокеанский флот США и флот Великобритании, угрожавшие японской экспансии в южных морях. Короче говоря, советская разведка и Генеральный штаб Красной Армии не верили в возможность серьезной японской агрессии в Сибири и не боялись её»[116].
И еще в той же книге «День М» заламаншский мистер сообщает, что Япония якобы не угрожала Советскому Союзу:
«В момент создания Наркомата боеприпасов Советскому Союзу никто не угрожал. Япония имела мощную авиацию и флот, но сухопутная армия Японии была относительно небольшой и к тому же вела малоперспективную войну в Китае»[117].
На 111-й странице «выдающийся писатель, историк и военный аналитик» сообщает, что Д.Г. Павлов получил звание генерал армии 23 февраля 1941 года: