– Вот названия зарегистрированных офшорных компаний. Выберите, какое нравится.
– Какая разница? – сказал Тота.
– Тем не менее. Посмотрите.
Болотаев было пробежался по списку и вдруг улыбнулся:
– Вот эта – Маршалловы острова, компания «Маршал».
– Я так и знала. – Амёла встала. – И я так тоже хотела… Напоследок станцевать с вами «Маршал»!
– Почему «напоследок»? – возмутился Тота.
– Это так, к слову, – улыбнулась она и затем: – Пойду за Голубевым.
В этом небольшом кабинете очень крупный, толстый Рудольф Александрович выглядит неуклюжим и неуверенным.
– Тота Алаевич, здравствуйте, – подаёт он свою пухлую влажную руку.
– Да-да. Господин Болотаев оказывает вам поистине неоценимую услугу, – говорит Ибмас.
– Согласен. Согласен, Амёла. – А она поддерживает его:
– Я поражена. Вы не нашли другого специалиста, а главное, настолько доверенного человека, что буквально упросили Болотаева приехать на работу в Москву.
– Да-да. Так оно и есть.
– А что, в Москве больше специалистов не было?
– Ну, – развёл руки босс.
– Понятно, – сказала Амёла. Стала рассматривать бумаги, а потом как бы невзначай: – Кстати, вы в курсе, что если бы не рекомендации Болотаева, то наш банк… И не только наш…
– Это недоразумение. – Пот выступил на лбу Голубева. – В России всегда не любят богатых и деловых. Нищеброды! Борщи! Им бы лишь лаптем щи хлебать… Посмотрите, какого алкаша они выбирают в президенты.
– Давайте не будем о политике, – перебивает его Амёла.
– Конечно, не будем, – соглашается Голубев, но через секунду: – А что этот алкаш творит в Чечне! Какой ужас!
– Да, это ужасно, – соглашается Ибмас, а Голубев с азартом продолжает:
– Теперь этот кошмар распространяется на всю Россию. Уже и в Москве, и в других городах дома взрывают. Ведь они, чеченцы, очень мстительные.
– А эти дома чеченцы взрывают? – спрашивает Амёла.
– Ну, говорят.
– И про вас в России говорят… Вроде уголовное дело на вас завели.
– Что?! Это ложь! Неправда!
– Уже заявка в Интерпол есть, – твердо говорит Амёла. – Вы ведь в курсе, Рудольф Александрович?
– В курсе! – Он вскочил, как ужаленный. – Эта несносная страна! Рабы! Холуи!
– Успокойтесь, Рудольф Александрович! – говорит Амёла. – Выпейте воды… Садитесь, пожалуйста.
Босс Болотаева неуклюже садится. Он ещё более вспотел, сопит:
– Всё! Я уже отказался от российского гражданства. Завтра же утром улетаю в Америку или Лондон. У меня американское гражданство.
– А компанию на какой паспорт оформим?
– Э-э, – задумался босс, а Амёла говорит:
– Если на американский, то там с налогами и офшорами…
– Нет-нет, – вскинул босс руки.
– Тогда, получается, на российский.
– У меня ещё паспорт Белиза есть… Пойдёт?
– Нашему банку более двухсот лет. И наши клиенты и репутация…
– Я понял. Понял. – Голубев залпом осушил стакан воды. – Амёла, дорогая, ну подскажите, помогите… Как правильно и надежно? Я думаю, я заверяю – это последний транш. В России грядут плохие времена. Чекисты дорвались до власти. Нам, честным бизнесменам, дышать не дадут…
– Рудольф Александрович, давайте без политики. Рабочий день заканчивается. Вы завтра улетаете. Болотаев сегодня. – Она искоса посмотрела на Голубева. – Давайте конкретно. Фирма уже зарегистрирована, название «Маршал», Маршалловы острова.
Рудольф Александрович рассматривает документы.
– Всё как обычно. Надежно, – сухо говорит Ибмас. – Вот реквизиты, они будут у вас и у Болотаева.
– У Болотаева? – удивился Голубев.
– А кто у вас исполнитель?
– Болотаев, – прошептал Голубев.
– Печати оставите у нас, как прежде, или заберете с собой?
– Как прежде.
– Кто бенефициарий? – Амёла почему-то стукнула кулаком по столу. – В такой ситуации, раз иных нет, я предлагаю вариант, когда вы – основной бенефициарий, а Болотаев, как положено в таких случаях, резервный.
– Болотаев?!
– Вы не доверяете ему? Не доверяете банку?
– Конечно, доверяю.
– Тогда, как и прежде, за труды и риск пропишем в условии договора сто тысяч долларов в месяц Болотаеву.
– Сто тысяч? – изумился босс.
– Вы хотите поменять прежние условия бенефициариев?
– Ну, – замялся Рудольф Александрович. – Не слишком ли много?
– Это ваша прежняя ставка или, – тут Амёла усмехнулась, – для чеченца многовато?
– Да нет, что вы? При чём тут нации… Просто с ним министр договаривался. Разве не так, Тота?
– Да, так, – согласился Болотаев.
Наступила пауза.
– Вам обоим виднее, – сказала Амёла. – Но я думаю, исходя из прошлой практики. Для верности – раз через три-четыре месяца вы фирму ликвидируете, то сто тысяч в месяц при таких суммах…
– Амёла! – перебил её Рудольф Александрович. – Ну зачем столько подробностей?
– Подробности? – теперь уже Ибмас в удивлении. – Вы его пригласили, ему сами всё доверили. Он исполнитель и бенефициарий, и он не должен знать? Хорошо. А как вы хотите?
– Я согласен. Согласен. Но без лишних подробностей. Ведь меньше будешь знать – дольше будешь жить. Правильно, Тота Алаевич?
– Так точно.
– Вот и хорошо, – обрадовалась Амёла. – Словом, оформляем так же, как прежде, только меняем фамилию – Болотаев.
– Отлично! – хлопнул в ладоши Голубев.
– Тогда подписи обоих, где галочки… Поздравляю с открытием компании «Маршал»!
