— Все зависит от обстоятельств, — ответила Марго, стряхивая пепел с сигареты. — Ваше мнение, Дэнни? — Она оценивающе поглядела на него, намекая, зондируя с той же настойчивостью, с какой Оуэн только что допрашивал Полу.
Он знал, как должен поступить, чтобы стать своим. Неловкий ответ сделает его отверженным и бросит тень на Полу. «Боже мой, Пола, где ты его выкопала?» — таково будет резюме, если он не сумеет впасть в их тон — тон пресыщенного цинизма. Он сказал небрежно:
— Как сказано: когда угодно и где угодно.
Марго улыбнулась, откладывая окончательный приговор, а Оуэн заявил:
— Пола, конечно, с этим согласна. Я положительно заинтригован. И с полным на то правом, не так ли, Пола?
Она иронически усмехнулась, и еще прежде, чем она ответила, Дэнни понял, что ей неприятны их намеки.
— О, несомненно, Оуэн! Говоря банально, каждый видит то, что хочет.
Наступило взрывчатое молчание, которое прервал дикий вопль, раздавшийся в дверях:
— Да ведь это же сногсшибательная Пола! Э-эй, Пола!
Пола оглянулась:
— Привет, Бастер, животное!
Бастер ринулся вперед и, сжав ее в объятиях, приподнял довольно высоко. Пола метко лягнула его в колено, и он, завопив, выпустил ее.
— Ведьма! — он судорожно схватился за пострадавшую ногу. — Тебя следовало бы швырнуть в море. — Он угрожающе протянул к ней руки и тут же опустил их. — Нет, не могу. Слишком красива.
Пола сказала:
— Если ты кончил свои ораторские и гимнастические упражнения, то я хотела бы познакомить тебя с Дэнни. Дэнни, это Бастер…
— Привет, Дэнни!
Бастер был ошеломителен — и голос, и плечи, и шея, и сокрушительное рукопожатие. Он тут же повернулся к Руди:
— А как сегодня чувствует себя старичок Руди, дряхлый лицемер? Притих на склоне лет. Наверное, подумывает о близкой кончине! — он хлопнул Руди по плечу так, что у того подогнулись колени.
— Черт! Ты мне хочешь шею сломать, Бастер? Или что?
— Слабеешь, парень. Зарастаешь жирком. — Бастер озабоченно оглядел его, а затем оттащил в сторону.
Над перилами раздался взрыв хриплого хохота, и Руди вернулся к остальным, продолжая улыбаться. Гей бросила на Бастера взгляд, выражавший чистейшую ненависть, и взяла Руди под руку, словно говоря: «Видишь, как обстоят дела? Тебе ясно? Так держи свои грязные анекдоты при себе».
Оуэн тем временем говорил:
— Пола стала теперь знаменитостью. Я только что узнал про ее статьи для «Женского журнала» о великих людях.
И на ковре будуара, а, Пола? Так я, во всяком случае, слышал.
— Ни одна женщина не в силах устоять перед великим человеком, Оуэн. Неужели ты этого не знал?
— Теперь знаю и положительно жажду величия. И всего, что к этому прилагается. Следовательно, твои статьи должны стать для меня настольной книгой, Пола, чтобы я мог добиться такого завидного успеха, как, скажем, Байрон.
— Черт! — проворчал Бастер, словно бульдог, которому угрожают флаконом с духами. — Что у него была такого, чего нет у меня? — Барабаны в зале начали выбивать нетерпеливую дробь, и он повернулся к Поле. — Идем, сногсшибательная, пока у меня не прошло настроение!
Он почти поволок ее, и, когда они исчезали за дверью, Пола уже смеялась.
Хелен отошла. Руди и Гей удалились вместе, а Оуэн увел Марго в зал. Дэнни оперся о перила. На веранде не осталось девушек, но он не пошел в зал в поисках партнерши. Его нежелание танцевать порождалось сложными причинами — главная заключалась в том, что это был праздник. Его и Полы. Он ждал.
Музыка оборвалась, и Пола с Бастером вернулись на веранду. Пола подошла к Дэнни:
— Пойдем. Лучше, чтобы и ты тоже был там.
Прежде чем он успел спросить, что означают ее слова, Пола вместе с Бастером направилась к лестнице. Дэнни вошел вслед за ними через боковую дверь в какое-то большое помещение на нижнем этаже. Было темно, и Бастер чиркал спичками, пока они пробирались между яхтами и грудами снастей. Вскоре неподалеку кто-то негромко выругался, а потом из темноты возник Руди, растирающий колено. Он простонал:
— Черт! Я на всю жизнь останусь калекой.
— Погодите, пока не заиграет оркестр, — шепнул Бастер, не обращая на него внимания. — Лодочка в порядке. Как только она коснется воды — лезьте!
Они стояли перед раздвижными воротами у начала слипа и прислушивались к веселой болтовне, доносившейся с веранды. Зазвучала музыка; через два-три такта Бастер скомандовал: «Давай!» — и отодвинул створку ворот. Когда яхта, на которую навалились Бастер и Руди, заскользила по спуску, Дэнни, наконец, понял, что происходит.
— Пола! — он настойчиво сжал ее локоть. — Не сегодня!..
Он замолчал, потому что она вырвалась.
— Как хочешь, — ответила она вибрирующим голосом. — А я еду.
Он побежал рядом с ней и вскочил в яхту над самой водой. Бастер и Руди взялись за весла, и они медленно выплыли в бухту. Кто-то крикнул с веранды:
— Эй, куда это вы? — и вскоре над перилами замаячили лица любопытных.
