собой. Вообще, я думаю, они вполне могли бы поймать себе и такси. Короче, моя
оплошность была исправлена. Тем не менее мой спутник высадил меня у
ближайшей станции метро. Это было как бы моим шуточным наказанием, во
14
всяком случае, он постарался, воспользовавшись случаем, это так представить, хотя я знала, что у него был лишний пригласительный билет, и он даже
несколько раз во время вечера недвусмысленно мне на это намекал. Однако все
решилось не в мою пользу, и я очутилась на улице. И дверца БМВ, а вместе с ней
и двери обеденного зала захлопнулись перед самым моим носом.
Не могу сказать, что я была сильно расстроена, более того, я чувствовала
даже некоторое удовлетворение, так как, может быть, впервые в своей жизни
почувствовала себя настоящим гением, которому досталась самая настоящая
взаправдашняя пустота, маленький кусочек Вечности. Кроме того, мне удалось
подслушать адресованные Селину умильный смех и аплодисменты, и я даже
могла их мысленно в перспективе спроецировать на себя. В общем, должна
сказать, это ни с чем не сравнимое чувство. При желании каждый может
попробовать испытать нечто подобное, это никому не запрещено. Было бы
желание! Вот у моего спутника такого желания явно не было… Кстати, я совсем
не держу на него зла, это очень милый человек, и я многим ему обязана. Просто я
знаю, что он не особенно претендует на Вечность, в Вечности ему ничего не
светит и, кажется, он даже сам это немного понимает, догадывается об этом.
Поэтому уличая его в обывательских устремлениях, я не наношу ему особого
ущерба в глазах окружающих. То есть придавая огласке эту историю, я вовсе не
веду себя как неблагодарная свинья - он ведь ничего не теряет! Просто мне было
очень важно подробно разобрать и понять механизм этого затертого и
примелькавшегося фокуса с гением и пустотой…
Однако парадоксальность описанной выше ситуации заключается еще и в
том, что Селин меньше всего подходит под придуманное мной определение
гения как обывателя, которому удалось убедить толпу и т.п. Я имею в виду ту
самую формулу, которую я изобрела и которая долгое время мне очень
нравилась. Мир культуры мне, знаете, всегда представлялся таким большим
театром, не оперным, а просто большим по размерам, в котором на сцене всегда
находится какой-нибудь претендент на роль гения, а за ним из зала внимательно
наблюдают строгие зрители. Находящийся на сцене актер должен произвести
такое впечатление на зрителей, чтобы они не сомневались в том, что он, например, Гамлет, не только на сцене, но и за кулисами, то есть в быту, в
обычной жизни. И сцена в этом театре не совсем обычная, а такая круглая и
вращающаяся, и на ней к тому же постоянно меняют декорации. Одни уехали -
тут же выезжают другие, так что актеру приходится очень быстро двигаться, только на мгновение исчезать за кулисами и опять выскакивать в новом наряде и
новой роли. Ну совсем как Райкин на документальных кадрах, которые
запечатлели, как он на ходу, весь запыхавшийся, выскакивает за кулисы, переодевается, натягивая на себя другой парик, маску и пиджак. Только вот
претендент на роль гения ни в коем случае не должен допускать такой съемки за
кулисами, потому что если зрители в зале вдруг хотя бы на мгновение заподозрят
в нем обычного человека, то есть застанут его в момент переодевания между
ролями… Даже если это произойдет не по его вине, а по техническим причинам: например, вращающаяся сцена вдруг начнет вращаться быстрее или, наоборот, притормозит - тогда все! Прощай, Вечность! В общем, претендент на роль гения
вынужден крутиться в буквальном смысле этого слова как белка в колесе. И
очень редко кому в течение всей своей жизни удается выдержать подобный темп.
Мне тут недавно позвонил один юный поэт и, не скрывая некоторого
злорадства в голосе, сообщил, что он приехал в Петербург подписать договор с
неким крупным издательством на многотысячное издание своей книги. А когда я
ему сказала, что у меня тоже недавно вышел новый роман, то он первым делом
поинтересовался: "А в какой обложке? В твердой или мягкой?" У него вот книга
15
выходит в твердом переплете! А моя вышла в мягком, увы, и совсем крошечным
тиражом… У обывателей всегда так: если один получает зарплату четыреста
долларов, а другой - всего сто, значит, первый считает себя ровно в четыре раза
умнее другого. А какая у тебя дача: в два или в три этажа? И правильно, в
общем-то! Должны же существовать хоть какие-то объективные критерии!
Только вот - ничего не могу с собой поделать! С этого момента я очень сильно
усомнилась в гениальности юного поэта. В сущности, он тоже довольно милый
молодой человек, и я совсем неплохо к нему отношусь, точно так же как и к
