- Мой милый мальчик, - Арчерс прильнула к Джону, крепко обняв и покрывая его лицо поцелуями, - мы сменим квартиру, избавимся от старых вещей и даже от фамилии. Но прошу, пожалуйста, останься для меня тем самым малышом Джонни, которого я так люблю и за чьим взрослением наблюдала. Если не для меня, то в память о матерях, которые столь долгое время искали и подбирали это мужское имя для их нежданного чуда, не для меня, а в память о них. Твое имя не проклято, оно прекрасно и очень красиво… И… - женщина в спешке тараторила, подбирая слова, она явно прибывала в неком подобии шока, уж слишком много эмоций парень на её вылил.
Усмехнувшись, парень задумался - а ведь вполне возможно, что Стив из того мира тоже не умер. Ну что же, бедолаге в его шкуре повезло куда меньше, чем ему самому, ведь там нет заботливой тёти, хорошей квартиры и всего этого супергероического дерьма, стоит отдать дань уважения парню.
- Что же, Джон Мур умер. Да здравствует новый Джон Роджерс! - парень усмехнулся, вспоминая один старый сериал, а после оглядел заплаканную девушку, которая весь день веселилась то и дело провоцировала парня, представая перед ним в самых жарких и пикантных позах в попытке поярче продемонстрировать себя.
Рука цвета чистого серебра нежно приподняла подбородок девушки, после чего парень с наслаждением впился в весь день так и манившие его аппетитные пухлые губки. В этом жарком французском поцелуе было прекрасно все, включая и нежелание обоих его прекращать.
Мы так были увлечены друг другом, что и не заметили, как вокруг нас начали собираться зеваки. Вот одинокая с виду мамочка с дочуркой лет четырнадцати, забыв про рыбок и мороженое, которое постепенно таяло в руках девочки, пристально впилась глазами в это не постановочное шоу. Где-то за их плечами пристроилась местная охранница, видимо привлеченная собирающейся толпой. Она поспешила поскорее разобраться с виновницами происходящего, однако, увидев нас, потеряла весь заготовленный на конфликт настрой. Нервно сглотнув, женщина с завистливой улыбкой покосилась на парочку. Её губы нервно подрагивали каждый раз, когда мы, двое извращенцев, которые были у всех на виду, раз за разом тяжело дыша разрывали сомкнувшиеся губы, чтобы отдышаться, а после вновь впивались друг в друга, вызывая новые смущенные вздохи и оханья женщин вокруг.
- Седьмая, сделай уже что-нибудь! - прошипело в рации.
«И что мне с этим прикажете делать? Я тут могла бы только присоединиться», - хмыкнула женщина, но понимая, что она все же на работе, дежурно ответила.
- Принято.
Она шагнула навстречу к нам, ловя на себе негативные и не одобряющие взгляды посетительниц заведения, которые сейчас наблюдали за тем, что оказалось для них куда интереснее, чем рыбки за стеклом. Одна из женщин даже попыталась остановить охранницу, преградив ей путь. В её взгляде читалось: «дай той сучке ещё немного покайфовать». Женская солидарность как-никак - охранница понимала это, но приказ есть приказ.
- Уважаемые, у нас приличное заведения, - смущенно сказала она, отвлекая меня от поцелуя.
Нервный смех уже постепенно приходящей в себя Арчерс заразительно перекинулся на меня.
- Какое бесстыдство, - шепнула она мне на ушко, а после, подорвавшись, схватила меня за рукав, и быстрым шагом, игнорируя окружающих и саму охранницу, потянула меня в сторону выхода.
«Вот так малышка! Бери быка за рога», - удовлетворенно кивнув самой себе, охранница довольно ухмыльнулась, ловя на себе беснующиеся взгляды толпы, которая тот час начала расходиться.
Легким движением руки Софи остановила первое попавшееся такси, после чего быстрым движением распахнула заднюю дверку и затолкала меня в машину, опрокидывая на спину и садясь сверху. И вновь страстный поцелуй, который постепенно сполз с моих губ в область шеи. Девушка явно намеревалась оставить пару засосов, нежно прикусывая чувствительную кожу.
Таксистка молчала, ошарашенная происходящей картиной. Она не отводила взгляда от зеркала заднего вида, которое сразу поправила для более удобного ракурса.
Софи, ощутившая мою руку, что легла на её брюки, нервно прикусила губу и едва слышно прошептала адрес нашего пункта назначения. Однако увлеченная просмотром того, как я, неумело управляясь пальцами, пытаюсь расстегнуть ремень и пуговицы брюк своей спутницы, таксистка проигнорировала, а может и просто не услышала, слова Арчерс. Последняя, в свою очередь, злобно отвлеклась от меня, и перевела грозный и приказной взгляд на таксистку, и ещё раз повторила адрес, но только так, чтобы женщина в этот раз точно услышала.
