Мы грузили вещи в машину, когда подошёл Рома со своей мамашкой. Отец, как раз, скомандовал:
— Доченька, ты садись на заднее сиденье и внучонка к себе возьми. А Надежда Федоровна сядет возле водителя. Вы езжайте в аэропорт, я подъеду позже. Ещё кое-какие вопросы надо решить, но не волнуйтесь — это быстро.
У Ромки отвисла челюсть и у моей несостоявшейся свекрови тоже. Я не выдержала. Прости меня, господи, за это, и грустненьким голоском противно проблеяла:
— Папа настаивает, чтобы мы погостили у него, летим вот. Соблазнил мою приёмную мамочку домом в Америке, да домработницей. Отблагодарить хочет за хорошее отношение к его потерянной дочери. А меня учиться отправляет в университет американский. Говорит, потом деньги буду мешками получать. — Я улыбнулась, притворно вздохнула. — Так что не скоро вернемся…
И уже просто и серьёзно добавила:
— Прощай, Рома. Спасибо за всё. Много хорошего было.
Он понял.
В машину на заднее сиденье втиснулись все: провожающие Галка с ребятами и мы с Волчонком. Благо все четверо худые. Были бы комплекцией в Надежду Федоровну, этот номер не прошёл бы. Волчонок всю дорогу «по рукам ходил».
Пока ехали смеялись, почти непрерывно. А в зале ожидания так же плакали — мы с Галкой навзрыд, а у ребят глаза поблёскивали подозрительно.
А здорово, что сейчас есть и скайп, и вайбер, и смартфоны с видеосвязью и фейсбук и всё остальное. Да здравствует прогресс!
Как только люди без всего этого раньше жили?
Во Франции у нас была пересадка. Но «увидеть Париж и умереть» не получилось. Три часа между рейсами мы провели в здании аэропорта «Руасси-Шарль-де-Голль».
Аэропорт огромный! Можно легко заблудиться. Очень много терминалов. А три часа на пересадку оказалось — это даже мало! Только переход между терминалами занял минут тридцать или сорок.
Когда прилетели и вышли из телетрапа нас встретил сотрудник аэропорта. У него уточнили, куда нам идти, сообщив что наш рейс транзитный в США. Я, обрадовалась, мой французский оказался очень даже неплох.
В специальном отсеке сели в автобус — шаттл-бас. Потом, когда из него вышли, зашли в здание терминала, прошли в очередную зону досмотра. Там узнали к какому нам нужно выходу. Потом — наверх по эскалатору и, наконец, попали в огромный зал ожидания.
Успели выпить кофе в Старбакс, немного погуляли по магазинам Гуччи и Диор. Мы с Надеждой Матвеевной ничего не купили, но удовольствие получили.
В аэропорту нам охотно помогали. Я говорила на французском и не было проблем при общении со служащими. Они, конечно, понимали что я не носитель языка, но были рады французскому, и отвечали приветливо.
Я сказала Волчонку, как звучит на французском его прозвище и теперь, он требовал чтобы мы называли его Лелювто.
Но всё когда-нибудь заканчивается. Мы прилетели.
Отец привёз нас в очень уютный, красивый и сразу показавшийся родным, дом. Когда подъехали, я ещё из окна машины увидела и веранду с крыльцом, и диванчик в виде качелей на двоих прямо на этой веранде.
А когда вышла и оглядела двор, просто почувствовала себя очень счастливой. Всё как в фильмах: и зелёная лужайка, и мангал для барбекю, и даже стойка с баскетбольным кольцом.
На крыльцо вышла смуглая женщина неопределённого возраста. Отец представил её как нашу домработницу. Выяснилось, что она говорит на испанском. Вот уж, с чем у меня не было проблем. Испанец Энрике в детстве был моим самым близким другом.
Я приветливо заговорила с ней и женщина несмело улыбнулась в ответ. Её звали Палома. В переводе — это означает голубка. Да, потрепанная старая курочка она уже, а не голубка. Голубей не люблю, а Палома мне понравилась.
И вообще всё — всё понравилось! И дом, и двор, и как сильно радовалась Надежда Матвеевна, и как смеялся на качелях мой Лелювто (надеюсь уже завтра мы сможем мирно вернуться к Волчонку)…
Я чувствовала, что попала в сказку! Наконец, в моей жизни всё наладилось!
Завтра с утра поедем с отцом выбирать университет. Он сказал, это займёт почти неделю, так как хочет провезти меня по нескольким, чтобы я сама посмотрела и выбрала.
— Ребёнок маленький, он устал быть в дороге. Посмотри, как ему здесь хорошо! Пусть остаётся дома с Надеждой Матвеевной. Я им и водителя, как охранника и помощника, пока оставлю, не беспокойся! — уговаривал меня папа, когда я не решалась оставлять сына одного с приёмной бабушкой в чужой стране.
И вот мы едем.
Отец сказал, что нужно кое-куда заглянуть до поездки в университет. Я кивнула головой, нужно — значит нужно.
С любопытством смотрела в окно. Уютный пригород, в котором мы остановились, сменился высотками, потом снова пригород, пустая дорога. Очень хорошее покрытие на дороге: ни кочки, ни ямки. Деревья вдоль стоят высокие, как стражники исполинские, в струнку вытянулись.
Дорога привела к широким металлическим воротам с охраной. Разъехались их створки и снова продолжилась дорога. Только через пять минут подъехали к дому.
Я бы назвала его очень современным замком. Крутой домишко! А вокруг: клумбы, декоративные деревья, фонтаны, в глубине парк и даже бассейн!
