Это детская повесть-сказка о приключениях кошки и собаки. Герои - животные почти обыкновенные, только очень умные, а вот приключения не вполне обыкновенны.
Глава первая, в которой объясняется, кто такие Маша и Рекс, а также почему между их именами появилась буква "и"
История эта произошла давно, даже очень давно. Было это в те дальние-предальние древние времена, когда не то, что сотовых телефонов и планшетов: даже компьютеров - и тех не было. Можете себе такое представить? И если бы я только захотел красиво приврать, то обязательно написал бы, что по улицам моего родного города бегали динозавры и махали при этом хвостами.
Однако, когда я лишь начал записывать эту историю, то положил себе излагать только правду. Так вот: не было динозавров в те времена. А Машенька и Рекс были.
Мой Рекс - черный лабрадор. Это такая порода собак. Они умные, добрые и превосходно плавают. Те, которые не знают лабрадоров, обычно относятся к собакам подобного размера с опаской. При знакомстве с моим псом такие люди обязательно спрашивают: "А ваша собака не кусается?" Я же всегда на этот вопрос даю один и тот же ответ: "Рекс не знает, как это делается". К тому же пес был совершенно черный, даже без белого галстучка на шее, которым была отмечена его мама Зента. А люди особенно опасаются собак черного окраса.
Надобно сказать, что этот песик был самого породистого происхождения. У собак это означает, что его родители имеют документы о таком происхождении. У Зенты с Жаном все бумаги были в порядке. Для самой высшей степени благородства еще желательны медали, и у рексиных родителей они тоже были. Словом, щенку создались все условия, чтобы он пошел в родителей. Не вина его, несомненно, достойных предков, что потомок кое-чего не унаследовал.
Увы-увы, Рексик с щенячьего возраста был большим. И даже слишком большим. Когда ему исполнился год, он весил сорок пять килограммов - при том, что для истинно породистого лабрадора и сорок считались предельными. А после этого он достиг уровня в пятьдесят килограммов. Вот почему мы с моим славным псом оставили помыслы о благородстве и медалях. Я махнул на них рукой, а он хвостом.
Итак, по собачьим меркам Рекс не был благородным. Но и по человеческим понятиям этот черный якобы аристократ не мог считаться таковым. Взять хотя бы его кличку. "Рекс" в переводе с латыни означает "король", и это считается ужасно простонародным. Такие уж люди непоследовательные во мнениях. Кроме того, считается, что настоящий аристократ должен быть вежлив, холоден и неприступен. Рекся не был ни тем, ни другим, ни третьим. Ему ничего не стоило толкнуть человека на улице - не по злобе, а по невниманию. Правда, после этого он деятельно извинялся маханием хвоста. Холодности в нем было не больше, чем в июле без мороженого. Что до неприступности, то любая попытка постороннего подружиться получала со стороны Рекса самый положительный ответ. При этом не имело значения, был ли тот на двух или четырех ногах. Это не значит, что мой славный друг был безвольной тряпкой. Драться он не любил, но умел, что при случае и доказывал. Вот почему среди собак нашего двора он числился "добрым малым", с которым вполне можно дружить, а враждовать не стоит.
Надобно отметить еще одну не вполне благородную черту. Я бы мог написать, что мой пес любит покушать. Или, скажем, не дурак поесть. Но ведь с самого начала была обещана правда, вот почему с печалью сообщаю: Рекся был жрун. Или жрец. Ну, вы меня понимаете. Когда я варил овощной суп, проблем с очистками от капусты или картофеля не было. Черный мусоропровод без галстучка на шее поглощал все это, а потом делал просящую морду, чтобы показать, насколько он, бедненький, голоден. Однажды мы с ним шли по улице, а навстречу шла женщина с хозяйственной сумкой, из которой торчал предлинный огурец. И что ж? Этот проглот хрумкнул половину одним движением челюстей, а потом так жалобно поглядел на законную владелицу огурца (точнее, того, что от него осталось), что та расчувствовалась и угостила бедную голодную собаченьку остатком. Рексик вежливо поблагодарил и принял подарок. Ну, может быть, сначала доел огурец, а после махнул хвостом. Мне было ужасно стыдно: женщина была мне незнакома и вполне могла подумать, что я морю несчастное животное голодом.
Но Маша... о, Машенька была совсем другого сорта. Начнем с того, что она вообще была не моя, а моего соседа Василия Васильевича. Кроме того, она была кошкой. И цвет ее шубки тоже был совсем другим: однотонно-серым. Такой еще называют "дымчатым".
Происхождение у этой кошечки было неясным. Уж точно оно не было благородным. Напоминаю, с самого начала обещана была только правда. Вот сейчас я ее и выскажу: такого котенка, каким она была, можно смело назвать "помоечным", потому что именно оттуда ее и достали.
