Она не шутила – гигантские, покрытые ржавчиной цепи в избытке пересекали канал, как, впрочем, и весь остальной город. Боул понятия не имела, зачем они нужны, но их звенья были толщиной с ее баржу и запросто могли развалить судно пополам, если впередсмотрящий не справится со своей работой.
Уолтер опустил взгляд и ткнул бесчувственное тело ногой. В безумном сознании роились мысли о том, мертв этот парень или же просто спит и есть ли вообще хоть какое-то различие между двумя этими состояниями.
– Спят ли спящие? Дочери запада? – Уолтер умоляюще посмотрел на капитана. – Все узники в узилищах. Безвинные и виновные. Все радуются, все скорбят, все живут и все умирают? Спят ли
– Да, да, Уолтер, мальчишка в полном порядке. Не волнуйся.
Боул совершенно не заботили чувства ее матроса, но все равно она предпочла его успокоить. Было бы не очень хорошо, если бы ее счастливый безумец расстроился и утратил свои профессиональные качества. Впрочем, профессионализм на борту этой лодки, похоже, даже и не ночевал.
Уолтер запустил пятерню в длинные зеленовато-желтые кудри.
– Призрачные миллионы, да, – кивнул он, видимо удовлетворенный ответом. – Земли мертвых переполняются быстро.
– Ты слишком часто беспокоишься, старик.
Капитан могла бы не обращать на него внимания, но ее покорила тревога в глазах безумца, прямо как в тот первый день, когда она согласилась принять Уолтера на борт. Он понуро посмотрел на нее из-под широкополой шляпы.
– Кто проходит хоть фарлонг[13], забыв о сочувствии, тот идет, наряженный в саван, на собственные похороны, – произнес матрос таким тоном, словно объяснял что-то ребенку.
– Ну ладно, тогда можешь беспокоиться, если уж для тебя это так важно. Возражать не стану.
– Капитан Боул, – прервал ее голос, раздавшийся из-за спины, – раз вы так увлечены утешением своего домашнего питомца, то, полагаю, мы уже прибыли к месту моей высадки?
Тэм вышел из рубки; в свете факелов его рыжие курчавые волосы казались отлитыми из бронзы. Не успел он толком оттереть чужие потроха со своего лица, как госпожа уже погнала его забирать посылку. Посылкой оказался человек. Тэм вздохнул, пробежав пальцами по кровавым разводам на лацканах, и с жалостью посмотрел на живой груз. Парень был хорош собой, хотя и полноват, но всякий, кому не посчастливилось привлечь к себе внимание маркизы Теренс-де’Гис и ее механизированной мамаши, автоматически превращался просто в собачий корм. Тэм не знал, зачем Лалловё понадобилось, чтобы зановорожденный оказался там, куда его сейчас везли, – возможно, она собиралась использовать его в качестве приманки для бледного побирушки, если, конечно, этот кусок мяса действительно хоть сколь-нибудь был важен для Эшера. Госпожа испытывала прямо-таки нездоровое влечение к тому человеку.
Тэм заставил себя собраться и хлопнул в ладоши, привлекая внимание капитана, – Боул не доверяла тем, у кого были настолько ухоженные руки, но всем порой хочется кушать, а маркиза платила за работу лучше, чем кто бы то ни было.
– Слушаю, – кротко отозвалась капитан, помня об обещанной ей награде.
Впрочем, банда головорезов, устроившая нападение на дом Манфрикс, подобающей награды не получит. Везунчики, каковых было большинство, просто погибли и теперь наслаждались свободой под новыми небесами. Буквально парочке удалось выйти из схватки без серьезных увечий, но все остальные по результатам предприятия лишились кто глаза, кто руки, а кто и уполз с распоротым брюхом и вываливающимися внутренностями. Во имя колоколов, парочка знала толк в
Боул наблюдала за погромом со стороны. По задумке операция должна была пройти с хирургической чистотой и точностью – удар был нанесен вскоре после заката, когда бдительность намеченных целей будет практически усыплена. Ха! В данном случае разница оказалась невелика. Как догадывалась капитан, серый человек был истинным мастером единоборств. Как-то раз ей довелось стать свидетелем дуэли, в которой сражался один из преторианцев князя Ффлэна, воин из гарнизона Пути Забытых Техник, и в его движениях было что-то от проворства и грациозности пепельного великана. Но Эшер к тому же сражался голыми руками. Казалось, он был сразу везде и всюду.
Да и девку, Манфрикс, завалить оказалось не проще. Как бишь информатор описал ее в донесении? «Не имеющий важности деятель науки». Бедняга сильно пожалеет о своих словах, когда до него доберутся те наемники, кому удалось пережить жгучие поцелуи ее кинжалов.
