– Поль, последнее слово за тобой, – сказала Тина. – Я хотела бы ей помочь, но боюсь сделать ошибку. Попробуй почувствовать будущее и определить: если мы ей поможем, не закончится ли это для кого-нибудь очень плохо?
Стив взглянул на нее с оттенком удивления и кивнул – как будто собирался предложить то же самое, но Тина его опередила.
Поль подошел к «кокону», постоял около него несколько минут, потом повернулся и произнес:
– Не могу сказать, что она мне нравится, но если мы ей поможем, вреда не будет.
– Вот и хорошо, а то все-таки жалко девочку.
– Это будет сложно, – добавил Поль. – Даже не знаю, как описать словами то, что с ней случилось…
– Я понимаю, о чем ты, – отозвался Стив. – Но попробовать можно.
Поль смоделировал на компьютере трехмерную схему. Выглядело это как абстракция: свернутый, буквально спрессованный объект, оплетенный пульсирующей красной паутиной.
– Вот приблизительно то, что я вижу, – пояснил он. – Эта красная пакость – гипноблок, что-то вроде компьютерного вируса. Пока он не уничтожен, выводить Лейлу из комы бесполезно.
– Когда есть наглядный материал, работать проще, – заметил Стив. – Я начинаю.
Ничего не менялось. Он стоял возле «кокона», телепортированного вместе с пациенткой в Хенуду, такой же неподвижный, как Лейла, похожая на белый пластолитовый манекен в черном парике. Но если посмотреть глазами Полины Вердал, открывалась совсем другая картина: столб слепящего цветного пламени, который был Стивом, выбросил пылающий протуберанец, и Лейлу тоже охватило пламя, а через некоторое время нити «паутины» начали исчезать, одна за другой, и намертво спеленутое существо пошевелилось.
– Есть активизация жизненных процессов, – сообщила Тина, сидевшая перед мониторами, подключенными к системам «кокона».
«Паутина» горела – и не только «паутина»: некоторые из омертвелых перемычек, появившихся у Стива после нападения на орбите Гелхэ, тоже исчезали без остатка. Помогая Лейле, он одновременно лечился сам и вряд ли сознавал это. Тина рассказывала, что у Стива очередной прорыв способностей происходил всякий раз, когда ситуация становилась критической и требовалось совершить невозможное. Уничтожить хитросплетения лярнийского гипноблока – это была непростая задача; Стив делал то, чем никогда раньше не занимался, и параллельно его силы возрастали.
Вряд ли Лиргисо имел в виду такой эффект, когда подсунул Стиву эту задачку. Узнай он об этом, он бы локти кусал от досады, – эта мысль заставила Поля мстительно усмехнуться.
Поль вышел из комнаты до того, как «паутина» сгорела дотла и Лейла открыла глаза. Он по себе знал, каково это: лежать обнаженным и беззащитным, в то время как над тобой стоит одержавший верх противник, и не хотел находиться рядом с Лейлой, когда та очнется.
Стив и Тина этого момента не учли. Глядя сквозь приоткрытые жалюзи на полурастворенные в тумане горы, Поль слушал, как Тина терпеливо объясняет Лейле, какова ситуация на самом деле. К нему присоединился Стив:
– Она испугалась, когда увидела нас.
– Это логично. Как ты себя чувствуешь?
– Вроде бы неплохо.
– Часть тех тусклых перемычек исчезла, ты не заметил?
Стив прикрыл веки, прислушиваясь к внутренним ощущениям, потом согласился:
– Похоже, что так.
– Я теперь кто – заложница? – донесся из соседней комнаты голос Лейлы.
– Вы свободны, – ответила Тина. – Лиргисо передал мне для вас достаточно большую сумму денег. Правда, ниарское гражданство вы потеряли вместе с прежним телом, сейчас вы находитесь в теле нелегальной иммигрантки с Яхины, но если заплатить въездную пошлину, вы получите статус туристки.
– Я хочу посмотреть на себя. Можно зеркало? – спросила Лейла и после паузы отметила: – Прелесть, я похожа на Веронику Ло, вашего донора!
Поль чуть поморщился и направился к выходу. Лейла копировала характерные интонации Лиргисо, и вообще она внушала ему неприязнь – не настолько сильную, чтобы это прорвалось наружу, но достаточную для того, чтобы ему не хотелось с ней общаться.
Стив вышел следом: он свою работу завершил. В коридоре их ждала Ивена.
– Получилось? – спросила она шепотом.
– Да. Сейчас Тина с ней разговаривает.
– А что мы будем делать дальше?
– Полетим на одну необитаемую планету, у которой даже имени нет, – улыбнулся Стив. – Там спрятан корабль, принадлежавший раньше «Конторе Игрек».
Вспоминать всю свою жизнь от начала до конца и прощаться с воспоминаниями Саймон не собирался. А вот не станет он этого делать! Может быть, тогда он сумеет перехитрить преисподнюю и его казнь будет снова и снова отодвигаться в будущее, с той же неизменной скоростью, с какой настоящее превращается в прошлое?
Пока он не попрощался, его нельзя переселять в тело кудонского келнисуаца. Это непременное условие, Лиргисо не посмеет пренебречь столь важным правилом. Иногда на дне души начинали копошиться сомнения, но Саймон сразу их давил: если они подточат его представления о том, что может, а что не может случиться, он попросту сойдет с ума.
