Машина Уриила полностью

В книге «The Origins of Freemasonry.: Scotland's Century 1590–1710», изданной Кембриджским университетом и основанной на тщательном изучении источников, профессор шотландской истории университета Сент-Андруса Дэвид Стивенсон приводит протоколы заседаний лож, откуда явствует, что два видных ковенантора[70] были приняты в масоны на заседании эдинбургской ложи Каннонгейта в Ньюкасле в 1641 году. Таким образом, Элиас Ашмол оказывается лишь третьим засвидетельствованным франкмасоном в Англии. И мы видим, что франкмасонство в Шотландии появилось за пятьдесят лет до посвящения брата Аш-мола, и то в шотландскую ложу.

В числе тех, кого в 1641 году в Ньюкасле приняли в масоны, был сэр Роберт Мори, наряду с Ашмолом основатель Королевского общества. Одна из трех ведущих исследовательских лож Шотландии названа в честь этого выдающегося человека, Ложа сэра Роберта Мори (Lodge Sir Robert Moray). Когда профессор Стивенсон, не являющийся масоном, обратился в эти шотландские исследовательские ложи, там отнеслись с уважением к его ученой степени и провели широкое обсуждение его открытий. Когда же затем он обратился к «первой» исследовательской ложе Англии, именуемой «Quator Coronati» («Четверо венценосных [мучеников]»), ученого встретили весьма прохладно. Мы советуем всем членам братства ознакомиться со свидетельствами Стивенсона.

В брошюрах также утверждается, что Великая Ложа Англии является первой великой ложей в мире, основанной в 1717 году, но это лишь одна из четырех лож, находившихся в Лондоне. Ложи шотландских городов сотрудничали уже не одно столетие до этого; просто они не прилагали к себе выглядевшего нескромным звания «великих».

Несмотря на наши и иные доказательства того, что шотландское франкмасонство ведет свое происхождение от рыцарей-храмовников, похоже, ОВЛА оставляет их без внимания. Эти брошюры повторяют нелепую мысль, что английские дворяне и вельможи XVII века вдруг решили попросить гильдии каменщиков заимствовать их цеховые обряды для собственного совершенствования. В действительности же все обстояло иначе. Каменщиков Европы допускали на нижние ступени тамплиерских обрядов, когда рыцари-храмовники осуществляли свой замысел возведения кафедральных соборов по всему материку. Когда же могущество храмовников оказалось внезапно подорванным в XIV веке, эти каменщики сохранили обряды, полученные от храмовников, и создали гильдии в материковой Европе, а не в Англии, Ирландии, Уэльсе или Шотландии. Примерно в 1440 году Вильям Сен-Клер из Рослина доставил этих каменщиков для строительства Рослинской часовни, отказавшись от услуг местных шотландских каменщиков. С той поры он и его потомки стали Великими мастерами-каменщиками Шотландии.

Вильям Сен-Клер пригласил этих каменщиков потому, что его семья была хранительницей обрядов и документов храмовников, а с 1440 года оперативные (работающие) каменщики объединились с духовными или спекулятивными масонами.

Именно полная нелепость прежнего взгляда на происхождение масонства от простых каменщиков побудила нас заняться поисками истоков обрядов франкмасонов. Так что вступили мы в ряды масонов сугубо из любопытства.

Кого бы мы ни спрашивали, никто не мог ответить, откуда произошел их орден. Большинство членов, похоже, видели во всем этом своего рода любительский спектакль с нотками нравоучения и возможность выпить и закусить после его завершения; вечерний мужской клуб благотворительного толка и возможность пощеголять в одеждах с непонятными регалиями вроде кожаного фартука, белых перчаток, кружевных воротников и манжет.

Мы знали, что немасоны воспринимали все это совершенно иначе. После Первой мировой войны франкмасонство пыталось не замечать сторонние суждения о себе и своих целях. Немасонские, христианские противники франкмасонства наподобие писателя Ултона Ханнаха увидели, что могут говорить об ордене все, что им заблагорассудится, и никто их не поправит и не одернет. Ханнах удостоверился в таком безразличии, когда написал статью в журнале «Theology» (январь 1951), издаваемом [с 1920 года, но основанном в 1698 году англиканским священником, руководившим из Лондона миссионерской деятельностью в американской колонии Мэриленд, Томасом Бреем (Bray, 1656–1730)] Обществом по распространению христианских знаний (Society for Promoting Christian Knowledge, SPCK), под заголовком «Допустимо ли христианину становиться масоном?». Ханнаха удивил широкий отклик на его статью и тон полученных от действующих франкмасонов писем, по его словам, «учтивый и сдержанный». Но это не изменило его мнения о франкмасонстве как о зловредном учреждении, которое должно быть распущено, и в качестве довода он приводит «неизменно уклончивые ответы масонов»¹. Тем самым стало утверждаться ныне бытующее мнение, разделяемое самим правительством, что франкмасонам нельзя доверять, даже под присягой.