Арибелла живёт с отцом на острове Бурано в Венеции. У неё есть лучший друг Тео и чёрная кошка по имени Луна, а ещё есть… необычная способность. Когда Арибелла сердится, на кончиках её пальцев вспыхивают искорки. И однажды, накануне своего тринадцатого дня рождения, она обожгла мальчишку на рыночной площади. Арибелла в растерянности, пальцы пылают огнём, и её вот-вот схватит стража! Но неожиданно из темноты возникает фигура в бархатной маске с сияющими звёздами. Такой искусной и прекрасной даже её отец, кружевных дел мастер, не сделал бы лучше. Кто же он? Он её погубит или спасёт?!
Магия – это вера в себя.
Если ты можешь поверить, ты можешь всё.
Anna Hoghton
THE MASK OF ARIBELLA
Copyright © Anna Hoghton, 2020
This edition published by arrangement with Madeleine Milburn Ltd
and The van Lear Agency LLC
Я никогда не думал, что прочту ещё одну историю о Венеции, которая будет такой же душевной, волнующей и неожиданной, как «Король воров» Корнелии Функе. Но мудрая Анна Хогтон наполнила этот туманный и таинственный водный мир новой магией. В «Маске Арибеллы» она подарила нам захватывающую историю об удивительных масках, верной дружбе и сражении со смертельным врагом. Блистательно! Пришлите мне гондолу, немедленно!
Арибелла и её друг Тео сидели рядышком на палубе рыбацкой лодки, глядя на свой родной остров, лежащий по другую сторону лагуны. Вдалеке уже показались ярко раскрашенные домики Бурано.
Стояло последнее утро сентября. Завтра у Арибеллы день рождения: ей исполнится тринадцать…
– Эй, не хочешь помочь? – крикнул отец Тео, сражаясь с парусом. – Нас обгоняют!
Тео возвёл глаза к небу, но поднялся на ноги. Арибелла осталась сидеть. Девица в лодке – к несчастью, так говорили рыбаки. К счастью, отец Тео не был столь суеверен и взял Арибеллу на борт. Правда, конечно же, никогда бы не позволил ей прикоснуться к парусу. Арибелла не жаловалась; отец Тео и так уже проявил к ней доброту. Однако она внимательно наблюдала, как Тео возится с верёвками, пытаясь запомнить как можно больше.
Грязноватый старый парус то и дело обвивался вокруг скрипящей мачты; но вот наконец он распрямился и поймал ветер. Тео издал восторженный вопль.
– Браво! – крикнул его отец, поворачивая руль.
Видавшая виды рыбацкая лодка плавно заскользила по тёмной воде, набирая скорость, и быстро догнала небольшую флотилию, плывущую к главному острову Венеции.
Мальчишки с сонными глазами настороженно смотрели на Арибеллу с других лодок. Она потупилась. Девочка привыкла к таким взглядам.
Тео плюхнулся рядом с ней.
– До сих пор не понимаю, зачем ты сюда приходишь, – сказал он, опустив носок башмака в воду. – У меня-то нет выбора, но ты?.. По утрам могла бы найти себе занятие повеселее – лазать по крышам, купаться, играть с Луной или…
– Мне нравится здесь, – перебила Арибелла, кутаясь в плащ.
Тео фыркнул:
– Кому может понравиться с головы до ног измазаться рыбьими кишками?
– Я не против, – настаивала она.
– Ладно, как скажешь, – насмешливо отозвался Тео, но улыбнулся ей.
Лагуна и небо окрасились в розовые и оранжевые цвета. Мир, тонувший в мягком тумане, выглядел волшебно. Рыбаки с других лодок окликали отца Тео, приветствуя его, и он весело отвечал им. Арибелла глянула на его открытое бородатое лицо, и ей стало тоскливо. Он был таким бодрым, полным жизни… таким непохожим на её собственного отца.
Она любила помогать на рыбном рынке Пескерье, потому что тогда хотя бы на краткое время могла почувствовать себя частью чего-то, ощутить, что чему-то принадлежит. И хотя было стыдно это признавать, Арибелла искала возможности сбежать из мрачного дома отца, где он сидел день за днём, плетя свои кружева, молчаливый и вечно погружённый в траур.
Прошло уже десять лет с тех пор, как умерла мама, но отец так и не оправился от горя. Арибелла была тогда совсем маленькой и почти не помнила мать. Она постоянно переживала за отца – и лишь на рынке могла на некоторое время позабыть обо всём этом. Правда, потом ей становилось мучительно стыдно за это…
Тео откинулся назад, опершись на локти, и закрыл глаза. Арибелла же смотрела по сторонам, глядя на пробегающие мимо острова.
Вот Сант-Эразмо, где жили фермеры. Здесь растили овощи и фрукты для всего города. Несколько мальчишек с Бурано однажды попытались украсть там артишоки, и их прогнали палками… От острова отплыли несколько лодок и присоединились к флотилии, спешащей к рынку.
Вот позади остался Мурано – знаменитый остров стеклодувов, а потом Сан-Микеле – остров-кладбище.
Вдалеке кричали чайки. Из моря выскользнуло солнце, и небо покрылось тонкими голубыми полосами. А впереди показался – во всей своей ослепительной красе – главный остров Венеции.
Площадь Сан-Марко уже была запружена народом. Восходящее солнце осветило красный кирпич кампанилы – колокольни – и замерцало на бледных стенах Дворца дожей, низкого прямоугольного здания, украшенного, словно великолепный торт, с каменными арками, замысловатыми, как папино кружево. Ряды тёмных окон смотрели на лагуну, похожие на пустые глазницы венецианских масок.
Когда лодка подплыла ближе, Арибелла увидела на стене дворца голову льва. Оскаленную львиную пасть… Она была ещё слишком далеко, чтобы прочитать надпись под ней, но Арибелла и так знала, что там сказано. Даже дети, ещё не умеющие читать, знали. Per Denontie Segrete – «Для тайных доносов».
