Соэр тут же выбросил из головы мысли частного характера, как отвлекавшие от работы. Однако пришлось констатировать, перед ним встала серьёзная проблема, которую Брагоньер намеревался обдумать сразу после поимки убийцы. Обдумать и принять решение.
Соэр и не предполагал, что с ним случится подобная напасть. Он всегда считал себя достаточно сильным и рациональным, чтобы обезопаситься от подобных глупостей. Пока его погодки флиртовали с девушками и заводили романы, юный Ольер ли Брагоньер учился и делал карьеру. Никаких слабостей, никаких чувств. Женщины в его жизни существовали только в постели - на одну ночь и безо всяких обязательств. Исключение - мать и сестра. Их он уважал и по-своему заботился.
Влюблённые, мгновенно глупевшие знакомые, сослуживцы и подчинённые вызывали в Брагоньере презрительную ухмылку. Соэр не поощрял подобных вещей и строго-настрого запрещал приносить чувства в рабочие кабинеты. Любовь числилась в его лексиконе как излюбленный мотив преступлений и болезнь, делавшая человека жалким и беззащитным перед внешними и внутренними угрозами.
Была в жизни Брагоньера, правда, одна девушка, которая могла бы похвастаться званием первой любви Главного следователя Сатии, но тот, ещё восемнадцатилетний юноша, задушил "заразу" в зародыше. Девушка так ничего и не узнала, не получив ни одного восхищённого взгляда. Чтобы забыть её, соэр с головой ушёл в юриспруденцию и, не давая себе разогнуть головы, за неделю полностью излечился.
С тех пор сердце Ольера ли Брагоньера ничего не тревожило... до прошлого года, когда чья-то жизнь оказалась для него дороже принципов. И это не было юношеской влюблённостью.
Только как поступить с недавним открытием об истинном отношении к госпоже Эллине Тэр?
Врач сообщил, что мэтр Варрон ещё слаб, и попросил ограничить допрос четвертью часа. Соэр кивнул и вошёл в палату.
Мертвенно-бледный Варрон лежал на узкой койке. Скосив глаза на звук открывшейся двери, он вздрогнул и испуганно вцепился пальцами в одеяло.
- Добрый день, мэтр Варрон. Баронет Ольер ли Брагоньер, Главный следователь Следственного управления Сатии, - представился соэр и, придвинув к кровати стул, сел. - Можете обращаться ко мне в любом установленном законом для государственных учреждений порядке. Вы в состоянии дать первичные показания?
Врач неуверенно кивнул. Он весь покрылся испариной; сердце бешено колотилось, отзываясь болью в рёбрах.
- Мэтр Варрон, кто на вас напал?
- Разве... - врач удивлённо взглянул на Брагоньера. Неужели следствию ничего неизвестно, и он всего лишь потерпевший? Но тогда почему его поместили в тюремную больницу? Приставили охрану, никого не пускали...
- Ваше дело мы обсудим позже, - угадал ход его мыслей соэр. - И незаконную медицинскую практику, и сотрудничество с тёмными магами, и ваших сообщников. Итак?
Мэтр Варрон болезненно скривился и отвернулся. Затем глухо ответил:
- Он приходил с одной женщиной...
- Пациенткой, которой вы помогли решить деликатную проблему?
Молчание и кивок допрашиваемого стали ответом. Брагоньер мысленно улыбнулся и сделал пометку в блокноте: "Показания госпожи Бран - мужчина, которого она видела. Провести опознание".
- Его имя вам известно?
- Да, - на выдохе протянул мэтр Варрон. - Он... он служит в префектуре. Интересовался абортами. А потом предупредил, что меня могут искать. Пришла странная женщина, вертелась...
- Наша сотрудница? - Брагоньер описал Эллину и назвал дату визита.
- Она. И я...
- Вы сбежали, - закончил за него соэр, - воспользовавшись помощью тёмного мага. Но до этого свели с ним человека из префектуры. План бегства, полагаю, разрабатывал он?
- Он обещал помочь, - прошептал мэтр Варрон. - А потом назначил встречу и попытался меня убить.
- Опознать сумеете?
Врач кивнул. Пот стекал по его лицу, дыхание превратилось в болезненный хрип.
- Имя, его имя, мэтр Варрон, или станете сообщником убийцы. Не отягчайте своего положения.
- Цинглин. Секретарь Третьего префекта.
Брагоньер намеревался продолжить допрос, но вошёл врач и в ультимативной форме потребовал оставить больного.
- Хорошо, мы продолжим позже. Всего хорошего, мэтр Варрон.
Соэр предвкушал скорое закрытие дела. Госпожа Меда придёт в сознание, назовёт имя убийцы - и всё, тому уже не уйти.
- Досье на Матео Хаатера, - один из мелких служащих Управления протянул Брагоньеру пухлую папку. И, помедлив, добавил: - Чрезвычайно интересное.
Соэр не сомневался. Слишком многое указывало на секретаря Третьего префекта.
Первая же страница заставила довольно улыбнуться. Он не просто Матео Хаатер, а Матео Цинглин Хаатер. Понятно, по каким причинам секретарь не распространялся о своём полном имени.
Эллина поджидала соэра в крохотной приёмной у дверей кабинета Брагоньера. Она уже выпила чаю, окончательно пришла в себя и жаждала переговорить с соэром насчёт нападения на подругу.
Углубившись в чтение досье, Брагоньер успел позабыть о гоэте, поэтому удивлённо вскинул брови, когда та окликнула его.
- Анабель, как она? - Эллина, сжимая пальцы, с надеждой смотрела на соэра.
