И ударил заклинанием по металлу. Тот загудел, не поддаваясь, но вдруг начал мелко крошиться и осыпаться. Наручники со звоном упали, обнажая покрытую ожогами и язвами кожу. Твари! Не прощу! Вот только стоило им звякнуть об пол, как Эд, вместо того, чтобы спать, рванулся так, что затрещала веревка.
- Отпусти! - ревел он.
- Нет, - попыталась его обнять, успокоить. - Эд, это я, Лесса. Все хорошо.
- Пусти меня!
Вокруг него бушевала тьма. Вмиг истлели простыни. Его собственная одежда превратилась в труху. А Эд все пытался вырваться, и даже маска едва могла сдержать его мощь. Против чистой Тьмы моя скудная магия была ничем. Я сжалась в комок и наблюдала, как он мечется. Становилось все страшнее. Феон тоже не мог даже приблизиться.
- Тьма! - тогда позвала я. - Тьма, что ты делаешь? Ты убьешь его!
- Пошла вон, смертная, - просипел Эдмонд чужим голосом, и веревки натянулись еще больше.
- Я никуда не уйду! А если ты продолжишь мучить Эда, и на тебя найду управу.
Какую, я не знала. И понимала, что говорю глупости, но Тьма сейчас была безумна. И не в моих силах - сдержать её натиск.
- Эд, - обхватила его лицо руками, - Эд, посмотри на меня. Сражайся с ней. Ты же уже побеждал. Сражайся, слышишь? Я с тобой!
Полыхнуло сильнее. Кожа на ладонях пошла волдырями, но вдруг черное пламя исчезло так же внезапно, как и возникло.
- Лесса? - Эд откинулся на подушки, а я поспешила снять накидку и прикрыть его наготу - одежда вся превратилась в пепел, включая маску. - Пить...
- Сейчас, - Феон тут же скрылся за дверью.
- Любимый мой, как ты? - спросила тихо. Эд смотрел на меня и молчал, и от его молчания становилось жутко. - Эд? Понимаю, ты не хочешь меня видеть, но... Если бы мы поменялись местами, разве ты не поступил бы так же?
- Поступил, - признал Эдмонд.
- Тогда за что ты меня осуждаешь?
По щекам покатились слезы. Он потянулся ко мне, вытер слезинки с ресниц.
- Дай, - перехватила его запястье. Следы магии будто въелись в кожу. Призвала свою силу, чтобы хотя бы уменьшить боль и заживить все, что смогу. Сверху надо будет нанести мазь. Огляделась в поисках корзинки. Сама не помнила, когда и куда её дела. Не оставила же в тюрьме?
Но нет, корзинка нашлась на столике, а я даже не помнила, как её сюда принесла. Взяла баночку с мазью и осторожно нанесла на раны. Эд по-прежнему молчал, но больше не вырывался и не просил уйти. А мне было страшно. Теперь его магия с ним. Если он решит что-то сделать, я не смогу удержать.
- Твоя мазь приятно пахнет.
- Что? - отвлеклась от перевязки запястья.
- Говорю, мазь лекаря, которого ко мне приставили, жутко воняла, а твоя приятно пахнет,
Эдмонд улыбался. Его лицо стало умиротворенным, расслабленным. Вот только можно ли этому верить?
- Я добавляю масла, - пожала плечами. - Недаром у меня была своя клиентура в Каури, пока не арестовали. Покажи спину.
- Нет.
-Эд!
С ним было очень тяжело разговаривать. Я будто ступала по мосту над лавой. Один неверный шаг - и конец.
- Хорошо.
Эд сел. Я посмотрела на багровые рубцы, оставшиеся от ударов, и закусила губу. Взялась за баночку и принялась осторожно наносить мазь. Господин Митрини неплохо постарался. Воспаления не было, раны поджили. Но и не так хорошо, как мог бы, поэтому я добавляла к мази свою магию, и рубцы затягивались на глазах. А затем потянула на себя боль.
- Лесса, не смей!
- Не сопротивляйся, пожалуйста, - погладила его по плечу. - Потерпи еще пару минуток, я почти закончила. И можно будет отдохнуть.
- Не разговаривай со мной, как с ребенком.
- Конечно, ты у нас взрослый и грозный, я помню, - чмокнула в щеку. - Все, ложись, только на бок, а то мазь размажешь.
Эд лег, и теперь испепелял меня взглядом, пока я складывала баночки в корзинку. А я делала вид, что ничего не замечаю. Феон, кажется, решил сходить за водой на другой конец города, потому что до сих пор не вернулся. Либо его перехватили Конни и Сиана.
- Зачем? - тихо спросил Эдмонд.
- Зачем - что? - растерянно переспросила в ответ.
- Ты приехала. Рисковала собой.
-Ты знаешь ответ.
- Лесса, ты не должна была.
- Эд, мы уже это обсудили. Все остальное обсудим, когда тебе станет лучше. Поэтому давай ты отдохнешь, хорошо? А я побуду с тобой.
- Я не...
Эд растерянно зевнул. Затем еще раз - и закрыл глаза. Его дыхание сделалось ровным, размеренным. Значит, перестал сопротивляться, и моя магия сделала свое дело.
- Спи, любимый, - легонько поцеловала его, перебралась в кресло и свернулась калачиком. Я из этой комнаты точно уходить не собиралась.
ГЛАВА 36
Между явью и сном
