Утром во вторник, начиная с восьми часов, мне пришлось разрываться между телефонными и дверными звонками. После девяти мне на помощь пришел Сол, но она не распространялась на телефон, потому что согласно указаниям обязанность отвечать на все телефонные звонки вменялась мне. В основном звонили из газет, но среди прочих была и пара звонков из отдела по расследованию убийств, а также несколько звонков, не относящихся к делу.
Каждый раз, когда я подходил к телефону и говорил в трубку. "Контора Ниро Вулфа, Арчи Гудвин слушает", мой пульс резко подскакивал, но через некоторое время снова успокаивался. У меня в запасе была версия с упоминанием ведомства окружного прокурора, где почему-то вбили себе в голову, что могут приказать мне явиться для интервью ровно к половине двенадцатого, и все заканчивалось моим согласием перезвонить попозже, чтобы условиться о часе.
Незадолго до одиннадцати, когда зазвонил телефон, я на кухне составлял компанию Силу, который, в соответствии с указанием Вулфа, был введен в курс дела.
- Бюро Ниро Вулфа, Арчи Гудвин слушает.
- Мистер Гудвин?
- Совершенно верно.
- Вы прислали мне записку.
Моя рука была готова обойтись с телефоном так же, как и рука Веддера с цветочным горшочком, но я все же не допустил полного сходства.
- Я? О чем?
- Записку с предложением встретиться. Вы расположены говорить на эту тему?
- Да, конечно. Я один, и нас никто не подслушивает. Но я не узнаю вашего голоса. Кто это?
- У меня два голоса. Это мой второй голос. Вы уже приняли решение?
- Нет. Я ждал звонка от вас.
- Это благоразумно. Я готов обсудить дело. Вы свободны сегодня вечером?
- Я могу располагать им по своему усмотрению.
- Вы с машиной?
- Да, машина в моем распоряжении.
- Подъезжайте к закусочной у пересечения Пятьдесят первой улицы и Одиннадцатой авеню с северо-восточной стороны. Будьте там в восемь часов. Оставьте машину на Пятьдесят первой улице, но не у самого перекрестка. Разумеется, вы должны быть один. Войдите в закусочную и закажите что-нибудь. Меня не будет, но вы получите записку. Вы успеете туда к восьми?
- Да. Я по-прежнему не узнаю вашего голоса. Не похоже, что вы именно тот человек, которому я отправил письмо.
- Это я. Мы договорились, не так ли?
Разговор прервался. Я повесил трубку, сказал Фрицу, что теперь он может отвечать на любые телефонные звонки, и взлетел по лестнице на третий этаж.
Вулф был в холодном отделении. Когда я сказал ему о звонке, он только кивнул.
- Этот звонок, - сказал он, - лишь подтверждает целесообразность наших допущений, правильность нашего расчета и ничего больше. Приходил кто-нибудь, чтобы снять пломбы?
Я ответил ему, что нет.
- Я просил Стеббинса об этом, и он сказал, что поговорит с Кремером.
- Больше не проси, - отрывисто сказал он. - Спустимся в мою комнату.
Если бы убийца провел остаток этого дня в доме Вулфа, он бы почувствовал себя польщенным или что-то в этом роде. Даже во время дневного посещения Вулфом оранжереи, с четырех до шести, его мысли были заняты моей встречей, что доказывалось обилием новых идей, которые так и били из него, когда он спустился на кухню. За исключением часовой отлучки на Леонард-стрит для того, чтобы ответить на вопросы помощника окружного прокурора, и мой день был посвящен этому. Самыми значительными поручениями для меня, придуманными Вулфом, - в тот момент они показались мне бесцельной тратой времени - были визит к доктору Волмеру за рецептом, а затем в аптеку.
Когда я вернулся из ведомства окружного прокурора, мы с Солом забрались в "седан" и выехали на разведку. Мы не останавливались у пересечения Пятьдесят первой улицы и Одиннадцатой авеню, но четырежды проезжали его. Нашей целью было найти место для Сола. И он сам, и Вулф настаивали на том, чтобы он держался поблизости.
Наконец мы остановились на заправочной станции напротив закусочной. В восемь часов Сол должен был сесть в такси и оставаться на месте пассажира, пока водитель будет возиться с карбюратором. Отсюда начиналось столько вариантов, которые нужно было предусмотреть, что, если бы я имел дело не с Солом, а с кем-нибудь другим, я вряд ли мог бы надеяться, что он запомнит больше половины из сказанного. Например, в том случае, если я выйду из закусочной, сяду в машину и поеду, Сол не должен следовать за мной, если только я не опущу стекла.
Мы старались подготовиться к любым неожиданностям, но на самом деле все зависело не от меня, поскольку мне придется уступить место водителя кому-то. А имея за рулем "кого-то", далеко не уедешь, даже если Ниро Вулф помогает подготовиться к любым случайностям.
Сол ушел раньше меня - подыскать подходящего водителя. Когда я направился в переднюю за шляпой и плащом, Вулф сопровождал меня.
- Я по-прежнему не в восторге от этой идеи, - настаивал он. - Мне кажется, что тебе следует спрятать ее в носок, а не держать в кармане.
- Я придерживаюсь другого мнения. - Я надевал пальто. - Если меня будут обыскивать, в носке ее обнаружат так же легко, как и в кармане.
- Ты уверен, что оружие заряжено?
