Эту кожаный четырёхколёсный экипаж тащат четыре лошади. Внутри довольно просторно. Через два оконца спереди и сзади просачивается дневной свет. Пассажиры сидят в центре двумя рядами, спинами друг к другу. Причём их разделяет низкая перегородка. Снаружи кучер с помощником заканчивают грузить багаж. А пока я с любопытством рассматриваю пассажиров.
Все места заняты, все шесть. Кроме нашей троицы сидят — молодая женщина, мужчина в годах солидного вида и полный бородатый купчина. Но разглядел я их уже позже, на остановке. А пока мы только выехали на тракт. Даже не думал, что повозка может развивать такую скорость. Это вам не скрипящая крестьянская телега. С непривычки я вцепился в боковинку скамьи. Трясет прилично. Дорога то — обычная грунтовка, а рессор явно нет. Единственно, что облегчает положение — это подушечка под задницей. Мне быстро надоел однообразный пейзаж за окном, и я решил послушать, о чём говорят мои соседи. К сожалению, они гутарят на французском, поэтому мне только осталось попытаться уснуть.
Дилижанс остановился дважды, чтобы пассажиры смогли ноги размять и сходить до ветру. Первую ночь мы провели на станции. А вот вторую ночевали уже в Тамбове. Даже не в самом городе, а в придорожной гостинице. К нашим услугам также был предоставлен трактир. Благо платил за всё не я.
На следующее утро я с кряхтеньем залез в экипаж. Задница и спина ноют с непривычки. От нечего делать стать прикидывать, кто есть кто из пассажиров. Тем более вечером я их отлично рассмотрел. Начнём, пожалуй, с женщины. Чуть за тридцать, одета скромно, явно городская. Мне кажется, что она из небогатой мещанской семьи. Вполне вероятно служит в богатом доме. Откуда такая мысль? Да просто меня посвятили в стоимость билетов. 55 целковых за одного, это вам не шутка. Зимой дилижанс берёт только четверых и билет стоит уже 90 рублей. Такие траты простая женщина позволить не сможет.
Ну, бородач явно купеческого роду-племени. Он пытался разговорить своего соседа, но тот не захотел обсуждать урожай на зерновые в этом году. Мужчина постоянно потел и вытирал лоб и руки большим платком.
А вот последний пассажир мне менее понятен. Одет прилично, я бы сказал, что это чиновник не из мелких. На пальце большое кольцо с камнем. Сюртук из дорогой шерсти, впечатление портила худая, морщинистая шея и немного измождённое лицо. Возможно, он болеет чем-то хроническим. Но если рассуждать с точки зрения вместимости, то он как нельзя лучше подходит к полному соседу. Вместе они в этом плане гармонируют.
Так уж получилось, что кроме отца и сына Четихиных остальные предпочли общению лёгкую дрёму. Вот и у меня появилась масса свободного времени. Очень хочется пробежаться по степной дорожке, разогреть все мышцы упражнениями, а ещё лучше окунуться в прохладную воду реки. Но, увы и ах… приходится терпеть.
Скоро первопрестольная, кучер сказал, что после неё останется четверо суток пути. Дилижанс делает 120–140 вёрст в день, лошади меняются на станциях. Да и у кучера есть замена, на то и помощник рядом сидит.
Я же переживаю за деда. Всё-таки привык к нему, единственный близкий человек. Понимаю умом, что он не пропадёт. Да та же Дунька быстро его охомутает и переберётся к нему со своим семейством. С помощниками тем более проблем не вижу. Любой нормальный крестьянин за счастье посчитает пристроит сына к кузнечному делу. Ещё и приплатит за это удовольствие. Но, тем не менее, как-то неожиданно всё случилось. Я привык к нашему размеренному образу жизни. К ежедневным тренировкам вместе с дедом. Довольно быстро из чужого человека он превратился действительно в родного. Не знаю, как у меня сложится в Питере, но если удасться закрепиться, то обязательно вытащу деда к себе.
По поводу планов, у меня есть только лишь намётки на ближайшее время. Мне предложили карьеру борца. Хорошо это или плохо? Пока не знаю. Поначалу было отторжение, делать это смыслом жизни и средством заработка — глупо. Я и в прошлой своей жизни не стал великим спортсменом. Но моё мнение постепенно меняется после разговоров с Сергеем Аполлинариевичем. Получается, что сейчас борьба и цирк стали чрезвычайно модными. Из европейских столиц эта мода агрессивно внедрилась в умы российского истеблишмента. Известных атлетов и очаровательных цирковых артисток наперебой приглашают в лучшие дома столицы. Допустим, для чего пресыщенному аристократу связь с той же наездницей или гимнасткой — вполне понятно. Кроме общего поветрия, это ещё и банальная тяга к развлечению. В том числе и в постели. А вот для чего выводят на показ могучих атлетов? Неужели тоже развлекать манерных дамочек из высшего общества?
