Как-то мы взяли наёмный фиакр и повезли девушку в Булонский лес. Так вот она неловко зацепилась ногой и мне пришлось её подхватить на руки. И так получилось, что я понёс её и дальше. Девушка весила как пёрышко. И она откинула голову к небу и стала напевать какую-то песенку. А я стал кружить её в танце. Опомнились мы, когда остались одни. Жан увлечён своей Дениз, а про сестру позабыл. А мне стало неудобно. Наверное, девушка устала, её тело расслабилось и она закрыла глаза. И вот так обняв меня за шею будто заснула. Я постоял несколько минут, а потом нашёл поваленное дерево и присел на ствол. Так и держал это маленькое тельце, боясь пошевелиться. Я смотрел на почти прозрачную кожу, на подрагивающие крылья носа, на тени под глазами. На тонюсенькие пальцы рук и почувствовал нежность к этой женщине-девочке. Ведь она моя ровесница, а смотрится подростком без первичных половых признаков. Не знаю сколько прошло времени, мои руки заняты, думаю минут сорок я просидел на бревне, боясь пошевелиться. А потом Мари внезапно открыла глаза. В них отразилось небо и её эмоции. Девушка неверяще смотрит на меня, и я понял, что надо её вернуть на место. А когда приехав домой, мы расходились по комнатам, она вдруг притянула меня за шею и клюнула губами в щёку. Но так, как дочь целует отца, — спасибо, ты хороший.
А потом я лежал в кровати и вспоминал сегодняшний день. Чёрт, ну почему она не родилась лет на сто пятьдесят позже. Её бы поставили на ноги и дали возможность нормально жить. С её симпатичным личиком девушка легко нашла бы свою половинку. А так она полностью зависит от брата. Ну и ещё получается от меня.
А через неделю я уговорил Джин пригласить мою новую подружку. В этот вечер графиня давала малый прём. Были только самые-самые. Человек двадцать. Но главное, была музыка и танцы. Мари сидела в специальном кресле и ей так задрапировали ноги, что казалось, что она просто присела отдохнуть. На ней новое нежно-розового цвета платье, отлично подходящее к её глазам.
На сей раз я не ударил лицом в грязь. Мы станцевали с хозяйкой дома котильон и мазурку. А потом возглавили полонез. Я только косился в сторону окна, где оставил Мари. Но вроде с нею всё в порядке. Тем более, что рядом торчит служанка.
— Смотри-ка, а твоя подружка пользуется успехом, — и в самом деле к ней подошёл молодой человек и галантно поклонился.
— А кто это?
— Не переживай. Это виконт Марсель де Виньякур. Младший сын графа де Виньякура. Известный книгочей и страшно нелюдим. Поражаюсь, что он заинтересовался твоей подружкой. Все думают, что парень собрался жениться на своих книгах.
На всякий случай по окончанию танца я заторопился к Мари:
— Мишель, послушай, что говорит Марсель, — я не особо слушал о чём он говорил. Девушка в данный момент возбуждена и горячится. Но бедная девочка, право слово, не стоит ей строить воздушные замки. Даже если виконт настолько потеряет голову, ему родители не дадут сделать глупость. Это мезальянс чистой воды. Аристократ и бедная девушка из простой семьи. А главное, сомневаюсь, что у них могут быть дети. А без этого брак аннулирует та же церковь. Но это я немного разогнался. Просто непривычно видеть девушку такой. Она не замечает, как трогает парня за кисть. А тот смущается.
— Ну хорошо, виконт, я могу оставить на вас Мари? Это ненадолго.
— Можете располагать мною, — закончив реверансы, я пошёл искать хозяйку дома.
Мари отвёз кучер графини, а я остался благодарить хозяйку за приём. Только за то, чтобы увидеть сияющие глаза девушки-инвалида, я готов носить итальянку на руках. Ну я и постарался, выместил на ней все свои чувства. Думаю, в эту ночь слуги вздрагивали от криков. Я был в ударе. Сегодня впервые я не чувствовал себя ущербным. Может сказалась доброжелательность гостей, а может просто наступило время. Я непринуждённо подходил к ним, вступал в разговор, отмечая интерес в глазах женщин. А как мы вальсировали. Этот не тот неуклюжий вальс, что я исполнил тогда с… Ну не важно когда.
Это скольжение по волне, на гребне замираем и летим вниз. Партнерша почувствовала моё настроение. Я веду, она покорна моему напору. И по взглядам танцующих я понял, что на нас смотрят с завистью. И мужчины, и дамы.
На открытие клуба собралось немало желающих. Здесь и репортёры центральных газет. И представители серьёзных промышленных кругов. И, разумеется, известные аристократические фамилии. И в этом заслуга Джины. Именно она смогла так подать открытие клуба для избранных, что у этих самых избранных не было другого шанса.
К моему удивлению, Джина прибыла в шикарной карете. И в сопровождении невысокого смуглого брюнета прошла в основное здание, где было накрыто для фуршета. В мою сторону она не смотрела и вечер оказался испорчен.
— Мишель, что за настроение. Всё прошло замечательно. Я даже не ожидал, что графиня приведёт Наполеона.
Что-то день как-то не задался. Да и со слухом у меня проблемы, — Гюстав, видимо от духоты мне нехорошо. Какой Наполеон? Разве он ещё жив?
Мой партнёр засмеялся, а потом видя моё недоумение, решил напомнить мне, кто сейчас стоит у власти.
