В принципе небо безоблачное и мы не рискуем сбить ноги или провалиться в колею. Луна спасительно подсвечивает, тем более нам есть о чём поговорить. Ушлый братец нашёл себе неплохой вариант. Девка-перестарок, то есть которая живёт с родителями, потеряв надежду на создание своей собственной семьи. Почему она не вышла вовремя замуж — не понятно. Может, потому что у неё одна нога чуть короче другой и она хромает. Но факт, что девке тридцатник, а на горизонте ничего светлого. Ну и каким-то макаром наш пострел подсуетился. Он, как и я, приносит ей подарки. Вон сегодня плат нарядный притащил, а она ему отдаёт то, чем богата. И физический недостаток им совсем не мешает.
— Слушай, а давай приходи на «поседки» завтра. Познакомлю с нашими, а то ты как бирюк вечно один да один. Поди не сладко то так куковать с дедом. Да и тому надо одному побыть.
Это брательник намекает на особые отношения деда со своей мамашей.
— Ну не знаю. А чего там делать-то?
— Ну как чего, попеть можно, потанцевать. Ванятка прийти обещался, тогда вообще с музыкой будем.
Иван — это наш единственный гармонист в селе. Сейчас это редкий инструмент, а Иван женат, ребёнок даже есть. Но без него не обходится ни один праздник или такие вот молодёжные посиделки.
— Ладно, заходи за мной тогда.
Насколько я понял, сборище вызвано тем, что молодая девица с одного из соседних сёл приехала к своим родственникам. Типа погостить, а на самом деле, где девице знакомиться с достойными парнями, если в своём селе подходящих не нашлось?
Видимо я циничен в этом вопросе, но говорю, что вижу. На «поседке» гости были усажены на передние места за столом. Свои жались на заднем плане. Посмотреть на приезжих приходили многие: старухи, матери с грудничками, ребята всех возрастов и солидные мужчины. Все разряжены по первому классу. Парни приходили в отутюженных рубашках, пиджаках, штаны навыпуск и некоторые даже в натёртых сажей сапогах. Девки на такие посиделки одевали самое лучшее, бывало даже меняли наряды в течении вечера. Вначале чинно сидели за столом и дули чай из медного самовара. Потом молодёжь под пристальным вниманием старшего поколения уединялась на завалинке. Тут в центре внимания сразу оказался наш гармонист. Девчата начинали петь, а парни лузгали семечки и делали вид, что им всё по барабану.
Вот в этот момент и заявились мы с Данилой. Парни ко мне отнеслись настороженно, видимо я ассоциировался у них с проблемами. На десяток девчат было семеро парней. Вот они сразу и сплотились, посматривая на нас. Сначала Данька подошёл к ним, о чём-то перетёр, угостился горсточкой семечек. Потом и я подтянулся.
Поздоровкались по-взрослому, поручкались и мне выделили место на скамейке. Типа признали моё право находится здесь. А меня в самом деле увлекло происходящее. Дело в том, что я замечал, что мои воспоминания, доставшиеся от предшественника вроде, как были покрыты мутной плёнкой, которая искажала действительность. А сейчас я смотрю на мир своими глазами и удивляюсь. Я наблюдал за сельчанами все эти дни. Ну, в будние дни они одевались невзрачно. В лучшем случае выбеленная холстина, а то и серая дерюга. А вот в воскресенье или на праздники старались одеваться поярче. Наряды из льна или ситца зачастую украшали вышивкой. Цвета самые разные, но чаще красное и белое. Реже зелёное, синее и жёлтое.
Мужики, как правило, невысокие, ловкие и худощавые. Редко попадались полные. Говорили степенно, силушки неимоверной. Сам не однократно был свидетелем, как мужики спокойно подымали вес в 4–5 пудов. Выносливые в труде. Как правило сероглазые, не брились. Разве что отставные солдаты брили подбородок. Стриглись в «кружок» и расчёсывались на прямой пробор. По праздникам волосы смазывали деревянным маслом.
Женщины были полными и сильными. Носили при необходимости тяжести до трёх пудов, имели правильные черты лица. Говорили быстро и отличались смешливостью. Эталоном красоты считалась плавная походка, скромный взгляд, высокий рост и густые волосы. Предпочитали круглолицых с румянцем.
Очень развито у сельских чувство собственного достоинства. Мерилом ума являлось умение заработать копейку. Принято гордиться силой и ловкостью в работе, ну и богатством разумеется. Катастрофой считалось потеря имущества и земли. Зажиточные крестьяне пользовались неизменным уважением, к ним шли за советом. Фамилий крестьяне не имели, к имени добавляли прозвище. Ванька Косой или Андрей Левша. По отчеству именовали кроме дворян ещё и самых уважаемых. К примеру, моего деда именовали исключительно Лукьян Мартынович. Девчата обращались к мужчинам добавляя к приставке дядя его имя.
Не могу сказать, что мне тут не интересно. Просто не привычно. Девки кучкуются отдельно, парни отдельно. После распевок, начались танцы. Ну мне трудно определённо сказать, что это за хореография. Девчата покачивались и крутились вокруг своей оси, а парни гоголем ходили рядышком. В целом смотрится довольно гармонично. И всё в пределах приличий, за этим пристально наблюдали несколько представителей старшего поколения.
