– Верно! – Голос оператора стал немного грустным. – Данные, которыми меня снабдила эта крепость, говорят, что звездный рыцарь Дзард Иксор был уничтожен во время мятежа на седьмой планете дома Вейтар.
– Я помню эту заварушку, – Маска облизал бордовым языком металлические губы. – Меня туда послал Эвольвер. Кровожадный демон-мутант вел свою армию на прокорм. А так как кровный родственник Ликай Иксор едва не уничтожил целую планету дома Вейтар, магистр ДОКС отправил меня на помощь. И вторженцы умерли. Я отлично помню, как выпивал кровь из их главаря.
– Ключевое слово в твоем рассказе «выпивал», – с видом знатока дополнил слова Маски человек-бутерброд. – Когда ты занимался ликвидацией армии вторженцев, ты уже обладал генами вампира, и притом достаточно сильного. А в пользу твоего перерождения и восстания из мертвых говорит еще и охота Повелителя могил за твоей головой. Формально, ты избежал участи стать его кормом. А высшие демоны космоса этого не любят. И я знаю точно, что расположение крепости Эвольвера покидал Дзард Иксор – звездный рыцарь с чистым геномом абсолюта. А вернулся в мир наемных убийц высший вампир Маска.
– Тогда зачем ты меня сюда опять вытащил? – заорал Маска. – У меня с одним Хехштом проблем хватает. Так тут еще и ты навязался.
– В этот раз я тебе отвечу, – голос человека-бутерброда сейчас звучал так уверенно, будто перед Дзардом выступал сам Эвольвер. – Наша задача – как можно быстрее закончить многовековую войну богов. И ты – тот самый болтик в милитаристской машине, прошлое и будущее которого Лорд Тьмы не может до конца просчитать. Он знает только предысторию, начало и финал, но что с тобой происходит в середине – этим вопросом заняты многие. Кстати, на следующий вопрос отвечу сразу – перерыв между нашими встречами в реальном времени составляет до семи месяцев. Двести десять земных суток, если быть точнее.
– И что я должен делать теперь? – озадаченно поинтересовался Маска.
– Найти средство, которое ускорит нашу победу, – ответил оператор. – Я теперь буду помогать тебе. Немного, не всегда и не везде, но мое влияние ты услышишь. Да, и еще – там у тебя есть друг.
– Хехшт.
– Да, Хехшт. Он бывший инквизитор.
– Я в курсе.
– Ты с ним сталкивался, когда еще был убийцей ДОКС, – уточнил человек-бутерброд.
– Мне об этом уже говорили[1], – Согласился с доводами друга Дзард. – И не один раз.
– Так вот, – оператор машины Левиафана взял паузу. – Ты и есть тот самый наемник, который лишил его тела и вынудил архангелов поместить мозг Хехшта в электронный блок.
– Это невозможно! – Маска отшатнулся от нового помощника, как от раскаленного тигля. – Хехшт – мой друг! Это он освобождал мою душу из плена в тюрьме Аллигатора[2] вместе с Дзардом Иксором – наемным убийцей ДОКС.
Человек-бутерброд посмотрел на Маску так, словно перед ним стоял трехлетний ребенок.
– Машина Лорда Тьмы переписала целые эоны истории. Она стерла цивилизации и народы, возродив настоящих монстров из бездны. А ты не веришь, что парочка хороших драк тебя не ожидает впереди.
– В прошлом, – поправил оператора Маска. – Это событие уже произошло. Хехшт лишился и тела и головы.
– Для тебя оно и в будущем, – весело уточнил оператор. – Ты еще не вспомнил детально об этом, а значит – не совершил никаких действий. То же самое пытается вспомнить и Хехшт, но пока что его усилия напрасны.
– И что мне сейчас делать? – спросил совета у умного товарища Маска.
– Возвращаться на поле боя, – тут же пришел ответ.
Карета мчалась по заснеженному серпантину горной гряды. Жилистые лошади легко развивали скорость до семидесяти километров в час. Связанная в упряжь восьмерка лошадей следовала указаниям кучера, сидевшего на козлах экипажа. На небе ярко сияла луна, а морозный воздух пропускал холодные отблески лунного света во все уголки заснеженных сугробов. Под покровом морозной ночи экипаж кареты уносил в заснеженные тропы два пылких сердца. Они горели страстью по тайне и неизведанному, подобно тому, как пылает лучина в горне домны. Предвкушение, желание ближе войти друг в друга, ожидание момента интима и созерцание окружавшей атмосферы мрака – именно такой гаммой чувств двое пассажиров кареты щекотали свои нервы.
– Почему такая архаика? – пассажиру кареты не очень нравилось то обхождение, какое он получал вот уже четвертый час. – Я смею заметить, что мой род также принадлежит к расе абсолютов и мои эритроциты так же, как и ваши, стали основой для силы некоторых богов молодых миров.
Свои возмущения по поводу поездки высказывал не кто иной, как принц Арсений. Носитель гордого титула, он являлся представителем аристократии расы сверхсуществ – абсолютов, а также представлял интересы древнего рода с фамилией Моруа.
