Эти слова снова всплыли в голове Карли-Бет.
Идея не сработала.
Головы роились вокруг, истекали слюной, злорадно и торжествующе пучили глаза.
Их рокочущее бормотание переросло в рев. Карли-Бет ощутила, как ее окутывает их горячее зловоние.
Недолго думая, она опустила алебастровую голову. И надела поверх своей страшной головы чудовища.
К ее изумлению, голова наделась как маска.
«
Вместе с головой на нее опустилась тьма.
Прорезей для глаз в алебастровой голове не было. Карли-Бет ничего не видела.
И не слышала.
«
В тесной и безмолвной темноте Карли-Бет ждала.
Ждала долго.
Она чувствовала, как пульсирует кровь в висках. Как бьется страх в груди, как режет пересохшее горло.
Наконец она не выдержала одиночества в оковах своего страха, тишины и темноты.
Дернув изо всех сил, она стащила с себя алебастровую голову.
Рой кошмарных голов пропал.
Испарился.
Карли-Бет недоверчиво уставилась вперед. Потом оглядела скрытый в тени газон. Всмотрелась в деревья и кусты. Прищурилась, заглядывая в темные переулки между домами.
Исчезли.
Головы исчезли.
Долгую минуту Карли-Бет просто сидела на холодной сырой траве, держала алебастровую голову на коленях и глубоко дышала, глядя вдаль, на безмолвные и пустые дворы.
Вскоре ее дыхание выровнялось. Она поднялась на ноги.
Ветер присмирел. Бледная луна-половинка выскользнула из-за темных туч.
Что-то дрогнуло на шее Карли-Бет.
Испугавшись, она дотронулась до шеи и нащупала край маски.
Край маски?
Да!
А между ним и шеей – зазор.
– Ух ты! – воскликнула она вслух, бережно поставила алебастровую голову у ног, взялась обеими руками за нижний край маски и потянула ее вверх.
Маска сдалась без сопротивления.
Потрясенная Карли-Бет наклонилась и положила ее перед собой. Свернула, потом снова развернула.
Оранжевые глаза, еще недавно пылавшие огнем, теперь погасли. Острые звериные клыки стали гибкими, резиновыми.
– Да ведь ты же просто маска! – заявила она вслух. – Опять всего лишь маска, как раньше!
С ликующим смехом она подбросила маску в воздух и поймала ее.
«
«
Силы вдруг покинули ее.
«
В большинстве соседних домов было темно. На улицах не попадались машины. Ряженые давно разошлись по домам.
Карли-Бет наклонилась, чтобы подобрать алебастровую голову, а потом, неся ее и маску, быстро зашагала к дому.
Уже свернув к нему, на середине подъездной дорожки она остановилась.
Высвободила одну руку, подняла ее и принялась ощупывать свое лицо.
«
Потерла щеки, провела пальцами по носу.
Определить это на ощупь ей не удавалось.
– Надо поскорее добраться до зеркала! – воскликнула она вслух.
Спеша убедиться, что ее лицо снова стало обычным, она добежала до двери своего дома и позвонила.
Через несколько секунд обе двери – наружную и внутреннюю – распахнул Ноа.
Он поднял глаза, уставился на лицо Карли-Бет и завопил:
– Сними эту маску! Сними скорее! На тебя смотреть страшно!
– Нет! – ахнула в ужасе Карли-Бет.
Должно быть, маска исказила ее лицо, догадалась она.
– О нет, только не это!
Оттолкнув брата, она бросила голову и маску и пронеслась по коридору к зеркалу.
Из зеркала на нее взглянуло ее собственное лицо.
Совершенно обычное. Как раньше. Ее привычное лицо.
Ее темно-карие глаза. Ее широкий лоб. Ее задранный курносый нос, который ей всегда хотелось чуть-чуть удлинить.
«
Ее лицо вновь стало обычным. Совершенно нормальным.
Изучая свое отражение, она услышала, как в дверях смеется Ноа.
Карли-Бет раздраженно обернулась.
– Ноа, как ты
Он развеселился пуще прежнего.
– Просто пошутил, и все. Не ожидал, что ты клюнешь.
– Мне не до шуток! – рассердилась Карли-Бет.
В конце коридора показалась ее мама.
– Карли-Бет, где ты пропадала? Я ждала тебя еще час назад.
– Извини, мама, – Карли-Бет невольно заулыбалась.
