Служанка нежно потрогала украшения пальцами, а затем попросила наложить мне макияж. Откровенно говоря, я была удивлена такому рвению.
— Я подружилась с одной девочкой, она тоже из прислуги. Она — то и научила меня. Я долго практиковалась, думаю, меня хорошо получается.
— Только не переусердствуй, — произнесла я, стараясь скрыть тревогу.
Но на удивление, Ролла удачно справилась с этой задачей. На мои веки легли едва заметные тени, делавшие мои глаза выразительнее, щеточкой она распушила мои ресницы, а губы заиграли яркими красками.
Никогда прежде я сама не смотрела на себя так. Я не уделяла времени своему внешнему виду больше, чем этого требовали приличия и никогда не думала, что к собственному отражению можно испытывать хоть какие-то чувства.
Я уже не была худощавой малолетней лохудрой с бледной кожей и впалыми щеками. Или же служанкой, потупившей взгляд, с темными кругами под глазами. Как постепенно стирался и образ деревенской помещицы, размашистыми шагом выхаживающей по пыли и грязи.
Теперь же, глядя на себя в зеркало, в моем новом облике я увидела статную молодую женщину. Приятную и привлекательную. Ничуть не уступающую другим придворным дамам. Мои глаза не были больше похожи на глаза ощетинившейся бунтарки, обиженной и затравленной, вынужденной выгрызать зубами свое место под солнцем. Нет, теперь в моем взгляде была ясность и цепкость… возможно даже капелька хитрости и мудрости.
Теперь мне хотелось большего, чем просто сохранить крышу над своей головой, сытно питаться и спать в теплой постели. У меня появились и другие желания. Хотелось вносить свой вклад во что-то значимое, получить признание, добиться успехов. Стать частью чего-то.
Нет, конечно, трудности и дальше будут встречаться мне на пути, но я встречу их с холодным рассудком, а не горячей головой. И буду использовать деловой подход, а не сжигать мосты.
Может, такой и должна быть жрица? Однако, я и подумать не могла, как быстро эти трудности меня настигнут.
Я приближалась к малой столовой. Прия ввела в правило королевские завтраки, на которых она могла бы делить трапезу и общаться с претендентами на свою руку и сердце. А также установить очередность свиданий, предстоящих на этой неделе. Разумеется, эти завтраки должны были происходить в присутствии меня и лорда Ариса.
Мероприятие происходило во внутренних комнатах — это было небольшое помещение с белыми стенами, украшенными лепниной у потолка, и одним единственным окном.
«Что ж, королевский двор учится на своих ошибках», — подумала я, вспоминая фиаско в оранжерее, когда из-за внезапного нападения погибла одна из невест принца Робайна, оказавшаяся по совместительству моей сводной сестрой. Я так и не высказала соболезнования ее тёте.
Но когда я была уже возле входа, меня перехватила керра Эдвин.
— Доброе утро, не думала, что вы тоже будете присутствовать на завтраке, — я протянула ей руку, хотя такое приветствие и не было принято среди высокопоставленных лиц. Однако, она, как бывшая военная, явно предпочитала рукопожатия больше, чем книксены, реверансы и поклоны.
— Я и не буду, — чинно произнесла Эдвин, аккуратно вкладывая что-то мне в карман.
— Сиган Урд велел проверять всю вашу почту и посылки. Задним числом, разумеется, в обход королевских указов. В этот раз мне удалось перехватить письмо, и доставить вам его нетронутым. Но не могу обещать, что я всегда буду иметь такую возможность, особенно теперь, когда близиться мой отъезд. Как и не похоже, что начальник стражи на этом остановиться. Что с этим делать- решать исключительно вам. Но, по моему скромному мнению, Сиган переходит черту, учитывая, что король высказал свое расположение к вам.
— Благодарю вас, керра Эдвин, — учтиво произнесла я, но мои глаза потемнели от злости.
Этот усач становиться проблемой, причем большой. Нужно убрать его с дороги. Занять его чем-то еще, и быстро!
Все уже собрались за широким длинным столом, когда я вошла в столовую.
Принцесса Прия сидела во главе. Она была облачена в нежно-голубое платье с аппликацией из ландышей, тянущихся от плеча и огибающих ее тонкую талию. На ее голове был очередной ободок, в виде переплетающихся золотых лоз.
По бокам стола сидели женихи, а на противоположном от Прии конце были отведены места и для нас с лордом Арисом.
Сводник был уже здесь и недовольным взглядом осматривал тех женихов, чьи взгляды приковали мое декольте и яркие губы.
Кенцо тоже уставился на меня, но это был скорее взгляд удивления. За время нашего непродолжительного знакомства он не привык видеть меня такой.
Когда я подошла, кронпринц Алурик почтенно встал и отодвинул мой стул, приглашая к столу. Но Лино Иньо внезапно подал голос:
— Неужели ты считаешь, что женщины севера настолько беспомощны, что не могут самостоятельно передвинуть стул? Времена Жестокого короля уже прошли.
