— Какую именно правду ты хочешь услышать? — внимательно глядя мне в глаза спросил он.
— Зачем ты здесь?
Он тяжело вздохнул, закрывая глаза. Словно то, о чем он собирался сообщить причиняло ему невыносимую боль. Мидеус приблизился ко мне и тихо произнес:
— Моя сестра Мидея… она пропала.
— То есть, как пропала? — опешила я.
— Ты ведь знаешь, что у нас с ней ментальная связь? В какой-то момент, я просто перестал ее чувствовать. Я не мог отыскать ее. Она словно испарилась в воздухе.
— Но… леди Шейда сказала, что твоя сестра в родном королевстве…
— Она соврала. Она единственная, кто знал правду о моем визите сюда.
— И ты думал, что Мидея могла приехать ко мне?!
Он кивнул.
— У меня было не так много вариантов. Я облазил весь замок де Серра сверху донизу, куда только смог проникнуть, но так и не смог найти ее. Хотя, это и было бесполезно. Наша связь могла быть прервана только в том случае, если она находится довольно далеко от меня или уже…
Мидей на смог произнести в слух слово «мертва».
— В общем, я искал хоть какие-то зацепки.
— Постой… это случилось во время прошлого отбора? Но во дворце сказали, что Мидея покинула это мероприятие добровольно…
— Это я покинул отбор добровольно, в облике моей сестры. Сначала я думал, что это какое-то недоразумение. Что она вот-вот вернется, и я должен прикрыть ее. Но когда я осознал, что Мидеи все нет, а я уже и сам в шаге от того, чтобы выйти замуж за короля… в общем, как ты могла догадаться, Робайн де Серра не то, чтобы в моем вкусе… И я решил, что пора заканчивать этот маскарад. Но за месяцы тщетных поисков, я так и не сумел ничего отыскать. Ни единой зацепки! И тогда я понял, что мне нужно снова вернуться во дворец.
— За этим ты и участвуешь в отборе!
— Да, и я сделаю все возможное, чтобы понять, что случилось с моей сестрой. Даже если мне придется жениться на Прии де Серра или же наоборот, разгневать всех правителей севера.
Я сочувственно кивнула. Сейчас, как никогда лучше я понимала его переживания.
— Лисса, ты поможешь мне?
— Я? — от изумления мой рот открылся, — Но что я — то могу?
— Ты жрица великой Александрии. Ты как никто лучше подходишь для того, чтобы открывать правду и отыскивать утерянное. С силой богини, шансы отыскать сестру значительно возрастут.
Я была в смятении от подобной просьбы.
— У меня своих забот по горло. Нужно разобраться с неприятностями, навалившимися на Ортиса….
— И королевский дворец подходит для этого лучше, чем любое другое место! — с уверенностью заявил Мидеус.
— Мне нужно следить за поместьем…
— Они уже пережили одну зиму без тебя. Сейчас дела здесь обстоят намного лучше, чем в прошлый раз, я ведь прав?
— А что будет с храмом?
— У тебя прекрасная послушница, которая знает о служении больше тебя самой. Да, не думай, что я не заметил.
Мои аргументы кончились. Остался только последний: я не хотела покидать то, что создавала таким трудом, ради того, чтобы пуститься в очередную авантюру. Не сейчас. Когда слухи об отборе невест только стихли, предвкушая новую череду балов и праздников, по случаю обручения младшей принцессы. Да и кто пустит меня во дворец? Роя проткнет меня своей рапирой еще до того, как я успею открыть рот.
Но сегодня я впервые видела такого Мидея: живого, искреннего, настоящего. Он не ухмылялся и не бросался колкостями. Он не пытался запудрить мне мозги, отделавшись нелепым флиртом. Не пытался оправдываться и отмахиваться.
Он поддерживал меня весь день, и был чутким и внимательным. Неужели я не могу ответить ему тем же?
— Мне нужно время подумать. Утром я дам тебе ответ. А сейчас, чтобы этот мерзкий день закончился, мне нужно лечь спать. И тогда наступит завтра.
………………………………………………………………………………………………..
Проснувшись я чувствовала себя намного лучше, чем ожидала. Видимо, в этом и было чудодейственное влияние Мабона. Отчистить свою совесть от вороха вранья и открыться хоть кому-то- было верным решением. Надеюсь, я об этом не пожалею.
— Толлас! Толлас! Где ты? — позвала я, спускаясь по лестнице.
Но оказавшись внизу, моим глазам открылась нерадостная картина.
Мидей стоял у входной двери. Вид у него был просто ужасный. Не было похоже, что он вообще сегодня спал. В глазах застыла какая-то грустная обреченность.
Рукава его рубашки были мокрыми, пальцы испачканы чернилами, а от волос пахло благовониями.
— Прости, Лисса…
— Что? Что ты сделал? — я не верила своим глазам.
— Я не мог оставить все как есть… я должен был подстраховаться…
Кинув на него злобный взгляд, я выбежала наружу. Я мчалась со всех ног, через поля, через рощу, в храм. И сразу бросилась к источнику. На его поверхности плавала одна единственная бумажка. Одно единственное прошение.
Я достала его дрожащими пальцами и прочитала.
— Вот значит, как… — произнесла я в пустоту, чувствуя, как меня начинает трясти от ярости, — Значит ты решил не дожидаться моего ответа. Не стал поступать, как с доброй подругой. А решил лишить меня выбора и просто заставить сделать то, что ты хочешь?! Опять!?